врач, — «но из-за протоколов по коронавирусу мы убрали всё, что сложно чистить, включая шторы. Это мужская клиника, и обычно мы не проводим осмотры с обнажением, так что анализ затрат и выгод не оправдал их наличие».
Кавита замешкалась, не желая раздеваться перед незнакомцами, и врач добавил: «Мэм, если я буду осматривать вас в халате, велика вероятность, что тонкая бумага порвётся, и вам не во что будет одеться для обратного пути через аэропорт».
Поняв, что сопротивляться бесполезно, Кавита неохотно сняла халат и повесила его на крючок. Она стояла, прикрывая грудь и киску руками. Врач попросил: «Офицер Омар, наденьте наручники обратно. Иногда подозреваемые инстинктивно мешают осмотру, и наручники помогают это предотвратить».
Омар снова сковал её запястья, и врач повёл её к осмотровому столу.
«Мэм, наклонитесь вперёд и обопритесь локтями о стол», — сказал он, мягко надавив ей на поясницу.
Мои мысли вернулись к её иммиграционному осмотру с Джамалом, когда ей пришлось делать то же самое. Я знал, что её анус сейчас проверят!
Кавита наклонилась, как было велено. Я услышал, как Омар и трое полицейских ахнули, когда попка моей жены соблазнительно выставилась напоказ. Пока она держала ноги вместе, скрывая киску от взглядов.
Врач подошёл к ней сзади. С громким щелчком он натянул латексные перчатки и обратился к ней: «Мэм, для этого досмотра мы используем чувствительные реактивы для выявления наркотиков и контрабанды. Чтобы упростить это, мы ограничиваем посторонние вещества. Поэтому мы не можем использовать обычную смазку».
С этими словами он раздвинул её ягодицы, обнажив анус перед всеми. Затем поднёс сухой палец в перчатке и медленно начал вводить его внутрь. Кавита вскрикнула и сжала попку, пытаясь не пустить вторгающийся палец в чувствительное отверстие. Но это не помогло. Врач терпеливо и настойчиво давил. Через некоторое время её сопротивление ослабло, и я услышал, как она крякнула, когда палец с хлопком вошёл в её анус. Он поводил пальцем внутри, проверяя на контрабанду, затем вытащил его, снял перчатки и положил их в пакет для улик.
Кавита начала вставать, но врач остановил её: «Мэм, останьтесь в положении для клизмы!»
Кумар возразил: «Клизма — это слишком, она не нужна для этого досмотра!»
Врач отвёл взгляд от голой попки моей жены и посмотрел на Кумара: «Сэр, видимо, я пропустил. Где, вы сказали, вы учились на врача?»
«Я не учился на врача, я учился на юриста», — ответил Кумар.
«Тогда советую держать свои мнения о том, как я провожу полостной досмотр, при себе!» — отрезал врач.
Возражения были подавлены, и он подошёл к шкафу, достав набор для клизмы — тонкую металлическую насадку с длинной трубкой, подсоединённой к большому пакету с жидкостью.
«Это специальный раствор, который не помешает реактивам, но промоет кишечник подозреваемой», — объявил он.
Он вернулся к моей жене, повесил пакет на переносную стойку, снова раздвинул её ягодицы и вставил холодную насадку в её уязвимый анус. Кавита взвизгнула и дёрнулась от вторжения холодного металла. Он ввёл насадку достаточно глубоко, чтобы она держалась сама. Затем открыл зажим на трубке, позволяя воде поступать в её кишечник.
«Оставайтесь в положении, пока клизма не закончится», — велел он, снимая перчатки и возвращаясь к столу за бумагами. Мы все заворожённо смотрели на сексуальную попку моей жены с торчащей из неё насадкой и трубкой.
На клизму ушло несколько минут. На полпути дверь клиники открылась. Кавита покраснела и тщетно пыталась оглянуться, чтобы увидеть новоприбывшего, ставшего свидетелем её унижения.
Я тоже обернулся и увидел трёх строителей, мимо которых мы проходили. Бригадир вёл парня с пылесосом, задравшего её халат, и его молодого напарника, который говорил с ним перед тем, как
Госпожа как феномен высшей математики. Часть 1