Скоро я почувствовал увеличение давления на свою задницу. Это было не влажное шевеление её озорного язычка, а настойчивое давление гибких пальцев, проникающих в мои самые сокровенные тайны. Конечно же, давление ослабло, и я почувствовал, как её палец скользнул внутрь меня, извиваясь, словно что-то искал. Затем она нашла это, и перед моими глазами заплясали звёзды и чёрные точки.
«О-о-о-о! У-у-у-у! А-а-а-а!»
С моих губ сорвались приглушённые стоны, когда я уткнулся лицом в подлокотник, тщетно пытаясь взять себя в руки. Синди знала, что делает, и каждое её движение было для меня чем-то новым. Другой рукой она продолжала поглаживать и теребить мой клитор, и через несколько секунд я почувствовал, как внутри меня нарастает что-то внезапное и долгожданное. Затем я почувствовал, как моё кольцо растягивается, и с моих губ сорвался высокий девчачий стон.
"О-о-о!!"
Она просунула второй палец внутрь меня, вторя первому, растягивая меня. Затем она двигала пальцами внутри меня, нежно, но достаточно сильно, чтобы сотрясалось всё моё тело, а обнажённые ягодицы подпрыгивали в воздухе. Я больше не мог сопротивляться нарастающему приливу, отдаваясь блаженному порыву своей потребности, пока всё моё тело дрожало, а конечности сводило судорогой.
«Боже!!! Чёрт!!! О боже!!!»
Мой клитор сочился влагой на её диван, но я даже не думал об этом. Всё, о чём я мог думать, — это её пальцы внутри меня, одна рука на моей ягодице, раздвигающая меня. Так же, как Джакс разводил Натали. Она продолжала энергично, почти жестоко, ласкать меня пальцами, и я полностью потерял контроль, извиваясь под ней, вынуждая её удерживать меня. Я всё ещё истекал влагой, но думал только об ощущениях в моей заднице, о волнах удовольствия, которые уносили меня под воду и топили.
Что разрушило нарастающую эйфорию, так это острый стыд. Она была внутри меня меньше минуты, но я кончил так сильно, что мне стало стыдно. Я вцепился в диван, опустив лицо, чтобы скрыть свой стыд. Я знал, что это результат многодневного напряжения, дразнилок Джакса и разочаровывающих отказов, но я также знал, что Синди подумает: «Что за маленькая шлюшка». Её пальцы не останавливались, даже когда я кончил, и мои стоны и корчи сменились с удовольствия на дискомфорт. Она продолжала, пока я не готов был закричать, умолять её остановиться, пообещать что угодно, лишь бы она была добра ко мне, простила меня.
Затем она отстранилась, и я остался лежать в неудобной позе на краю дивана. Но она не надолго оставила меня одного.
Отступив, она обошла меня и с силой сорвала полотенце с моей головы. Мокрые волосы даже не успели упасть мне на лицо; она схватила их за пучок и потянула вверх, так что мне ничего не оставалось, кроме как посмотреть в её пылающие адским огнём глаза.
"Оуууу!"
«Думаешь, Джакс будет с тобой так же мил, как я? Будь осторожна. Он трахнет твою тупую маленькую задницу, как трахнул Натали. ПРОСТО так. Ты даже не представляешь».
Она подчеркнула это, имея в виду весь опыт. Я даже не задумывался о том, что Джакс может использовать меня таким образом; когда эта мысль пришла мне в голову, по спине пробежала холодная дрожь. Она знала, что её послание дошло до меня, но, хотя её взгляд смягчился, тон остался жёстким.
«Не тупи, чёрт возьми. Ему на тебя плевать».
Я не хотел, чтобы это было правдой, но знал, что это так. Я быстро заморгал, пытаясь прогнать подступающие к глазам слёзы. Она наконец-то достаточно сильно надавила на меня и отпустила мои волосы, проведя рукой по моей щеке.
Слово о пидоре (ПРОТЕСТ 2).