течение дня. Это было время, когда люди могли пообщаться с другими и поговорить о важных для них вещах.
Скучая, Элис сидела у костра и наблюдала, как общаются между собой мужчины и женщины, все еще служившие в армии Сида. Женщины флиртовали, а мужчины отвечали им величественными жестами, призванными произвести впечатление. Это был танец жизни в действии, в котором она не участвовала. Она знала, что Сид проявляет к ней интерес, но, похоже, он был не так сильно заинтересован в спаривании, как она. Одной мысли о том, что он окажется у нее между ног, было достаточно, чтобы она пустила соки.
Во время затишья в лагере у нее было время подумать о том, почему ее чувства к Сиду так сильны. Дело было не только в том, что он хорошо выглядел. Он был героем с Земли, ставшим королем в Хаосе! Ни к кому не обращаясь, она сказала вслух:
— Стоит ли удивляться, почему я без ума от него?
Она думала о своей жизни в Хаосе до того, как Сид пришел ей на помощь. Жизнь рабыни в борделе была не из приятных. Мужчины приходили к ней в комнату и, по сути, овладевали ею. Казалось, что время от времени один из них не надевал на нее ножны, и ее интимные места горели в течение трех дней.
Она была несчастна. Мужчины, которые приходили к ней в постель, как правило, были богатыми людьми; они были старше, толще и менее привлекательны, чем те, кого она выбрала бы сама. Как бы отвратительны они ни были физически, по-настоящему мерзким было их отношение к ней. Они обращались с ней как с мясом, совершенно не заботясь о ее удовольствии.
День за днем и ночь за ночью Элис лежала в постели и мечтала о своем спасении. Всякий раз, когда один из этих жирных ублюдков садился на нее, она мечтала о том, как это будет, когда ее Герой возьмет ее. В ее воображении жирная жирная рука, терзающая ее сиськи, контрастировала с тем, как Герой будет с любовью ласкать ее грудь. Зацикленность на том, как это будет здорово, - вот все, что помогало ей выжить.
Она поняла, что ее чувства основаны на этой зацикленности, а не на реальном уважении к Сиду. Подумав об этом, Элис поняла, что замечания Фреда по поводу ее поведения были верны. Она не танцевала танец жизни, а топталась на танцполе, как какая-то разъяренная горилла.
С этим было нелегко смириться. Чувствуя себя на тысячу лет старше, она уставилась на огонь и сказала:
— Я дама из Кассандры. Я пришла сюда, чтобы быть спасенной и родить ребенка. Я не веду себя как леди. Я не веду себя как будущая мать. Фред был прав. Я позор для всех дам.
Мысли о Фреде заставили ее задуматься, куда подевался Сид. Она оглядела лагерь, пытаясь найти его. Взглянув в сторону кухни, она заметила, что одна из женщин наблюдает за кем-то с грустным выражением тоски на лице. Проследив за ее взглядом, Элис заметила, что Фред наблюдает за тем, как Сид разговаривает с группой мужчин, собравшихся перед палаткой. Она оглянулась на женщину и обнаружила, что та все еще наблюдает за Фредом.
Она смотрела на женщину целую минуту, прежде чем принять решение. Поднявшись со своего места, она подошла к женщине. Прошла почти минута, прежде чем женщина поняла, что рядом с ней стоит Элис. Смутившись, что ее застали, женщина повернулась к Элис и сказала:
— Прости. Я просто собирала там шерсть на минутку.
— Нет проблем, - с улыбкой ответила Элис. Она посмотрела в сторону Фреда
с мамой на даче (часть первая)