Десятки абсолютно противоположных чувств одновременно роились в моей душе. Оргазм, бессилие, ненависть к самому себе, удивление, стыд, радость, ревность... Но сильнее всех остальных, ярче и отчетливее меня накрывало одно - любовь! Я все яснее и яснее понимал, что люблю эту женщину! Люблю сильно и нежно, и дороже ее для меня нет никого на свете...
Они вернулись в лагерь через пять минут после меня. Шли по тропинке в метре друг от друга и непринужденно болтали, как будто не между ними произошло то, за чем я украдкой наблюдал из-за кустов каких-то полчаса назад. Еще издали увидев меня, Оленька приветливо помахала мне рукой и бросилась ко мне.
— Ну что, Сашка, купил свои сигареты? Успел?
— Конечно! - я старался не выдать себя. - Ну как тебе водопад?
— Здорово! Просто здорово! Как же хорошо, что мы сюда приехали! - подскочив, жена обвила мою шею, нежно поцеловала в щеку и тихо прошептала на ухо, - Как же я тебя хочу, милый, как я люблю тебя...
Денис в это время что-то шепотом рассказывал Юрке. Юрка со смесью удивления и восхищения зыркнул в нашу сторону, но тут же отвел глаза, встретившись со мной взглядом.
— Я тоже люблю тебя, сладкая моя. И мне так приятно, что тебе здесь нравится. Ты как будто изменилась тут, расцвела, похорошела, помолодела. Не знаю, что произошло, но мне это определенно нравится.
— Правда? - Оля улыбнулась. - Я постараюсь оставаться такой подольше. Обещаю
— Эй, шашлык готов! - громогласно возвестил Юра. - Давайте организуем стол! Я жарил подальше от палатки, чтобы дымом все не пропахло? Может стол организовать поближе?
— Зачем? Давайте прямо у костра. Так романтичнее.
В кустах нашлось несколько старых ящиков и две покрышки, из которых соорудили довольно сносный дастархан. Пока его сооружали, вдруг как-то быстро, минут за десять, стемнело. На побережье темнеет вообще очень быстро. Через пол часа все уже сидели вокруг стола, Коля разливал по пластиковым стаканчикам домашнее вино, Андрей с Денисом настраивали магнитолу, которую приволокли с собой, а Юрка раздавал шашлык прямо на шампурах.
— Ну, за знакомство. - я поднял стакан. - Тост, конечно, банальный, но искренний!
— Ура! - все чокнулись и выпили.
Шашлык оказался действительно на редкость вкусным. В меру сочный, не очень острый, и буквально тающий во рту. За первым тостом по моей инициативе последовал второй, а за вторым - третий. Каждый раз я наливал Оле полный стакан, и каждый раз она выпивала его до конца. Она еще не знала, в чем состоит коварство молодого домашнего вина...
— Оленька, вам подать лепешку? Оленька, вы попробуйте вот этот кусочек. Оленька, не хотите кинзы? - наперебой предлагали парни.
Блики костра играли на их загорелых торсах. Оленька сидела напротив меня и буквально млела от повышенного внимания четверых молодых красавцев. Глаза ее светились счастьем, щеки зарумянились от выпитого вина и костра. Рубашка, по прежнему завязанная узлом на животе, то и дело распахивалась при каждом ее движении, на мгновение открывая то одну то другую грудь нашим взорам. А она словно не замечала этого, звонко смеялась, грациозно откидываясь назад, поправляла волосы, тянулась через весь стол к какому-нибудь лакомому кусочку.
— Оленька, давайте я вам помогу! - Денис, назвав мою жену на "вы", протянул ей кусочек нарезанной дыни.
— Ребята, ну хватит называть меня на "вы"! - возмутилась шутливо жена. - Я начинаю чувствовать себя старой толстой теткой.
— А правда! - воскликнул я заплетающимся голосом, - Давайте выпьем на брудершафт!
На секунду повисла пауза. Все переглянулись и посмотрели на Олю. А
Звон Ручья