бодрым тушканчиком метнулся к Томе, сидящей в кресле, легко, как пушинку, сграбастал ее и понес свою добычу на постель, где и стал освобождать ее от одежды.
Согласитесь все-таки, насколько мужчинам легко раздеваться? Ведь ничего сложного скинуть рубашку, майку или футболку, брюки или джинсы, носки и, наконец, трусы? Ну в зимнее время могут добавиться какой-нибудь свитер или кардиган и тонкие спортивные штаны для тепла. Термобелья в те времена в СССР еще не было, а кальсоны я принципиально не носил. С женщинами все немного по-другому: юбочки, блузочки, жакетики, кофточки и прочие колготки-чулочки, не говоря уже про трусики-бюстгальтеры. Но Тома с тех пор, как мы с ней стали любовниками, колготок не носила принципиально. Вы же, надеюсь, помните мой рассказ про то, что я обожал залазить ей под юбку и ласкать женщину между ножками? А колготки для этого предназначены плохо. Тем более их можно было легко порвать. А это тогда было экономически нецелесообразно. Поэтому Тома предпочитала носить чулочки. Поэтому добавьте к нашему перечню женских одежек пояс для белья. Обычно бюстгальтер, трусики и пояс для чулок входил в один гарнитур белья западного производства, что само по себе стоило довольно большие деньги, а еще больших трудов стоил процесс его добычи у спекулянтов. Само собой в холодную погоду женщинам приходилось надевать какие-нибудь теплые штанишки поверх кружевных трусиков. Но я кстати никогда не замечал у своих цыпочек каких-нибудь бабушкиных рейтузов цвета испорченного салата. Ведь я уже говорил, что они одевались элегантно. Вообще должен отметить, что в целом в СССР женщины выглядели красивее и элегантнее, чем их западные подруги. По крайней мере я пришел к такому мнению за тридцатилетнюю жизнь в трех самых развитых капстранах. Правда, некоторые граждане утверждают, что там есть вполне достаточное количество не менее красивых и ухоженных женщин. Но они все замужем за состоятельными мужчинами и их невозможно увидеть ни на улицах, ни в общественном транспорте. Вполне допускаю, что все происходит именно так.
Опять я разболтался! Но уже возвращаюсь к своему рассказу.
Инстинктивно правильно решив превратить раздевание Томы в священный ритуал самого высшего уровня, я, можно сказать, с трепетом, медленно раздевал свою подружку. Тома сначала порывалась поучаствовать в снятии с себя одежд, но я мягко и настойчиво не дал ей это сделать. А через некоторое время она сама подпала под магию исполняемого мной ритуала и стала явно получать от этого удовольствие.
Я пока оставил на Томочке трусики, бюстгальтер и пояс с чулочками. Она лежала передо мной на кровати с закрытыми глазами и только чуть учащенное дыхание и порозовевшие щечки говорили мне, что она просто замерла в предвкушении продолжение действа.
Но я никуда не торопился. Мои теплые руки медленно путешествовали по телу Томы, едва его касаясь. Причем я старался совсем не трогать ее груди, а также зону между ножек, так как хорошо знал, насколько сильно она возбуждается от ласк этих ее эрогенных прелестей. А я из всех сил старался не дать ей перевозбудиться слишком рано.
Навис над Томой всем телом, опираясь на руки. При этом нежно, легкими прикосновениями губ целовал шею, ключицы и плечи моей цыпочки, хорошо зная, как она улетает в небесные выси от таких ласк.
Нежно лаская красивую, почти обнаженную женщину, лежащую передо мной, я сам невольно поддался магии момента и, как будто, раздвоился. Одна часть меня была всецело поглощена ласками Томочки, а другая часть требовала от меня немедленного совокупления с ней. Мне уже было довольно затруднительно справляться с собственным возбуждением, поэтому я время от времени старался отвлечься на что-нибудь постороннее, чтобы
Сказка о рыбаке и рыбке