Уважаемый читатель! На этом благословенном портале отсутствует цензура (sic!) - и потому фантазия нередко уносит нас с вами в такие кущи, которых не найдёшь, пожалуй. нигде более. Вот и вы сейчас - не ждите от меня пристойного и благородного повествования, ибо здесь я отдыхаю душой и телом - чего хочу, то и ворочу. Порой шкодливое перо моё вляпывает меня в такие ебеня, что выбраться из них не могу, увязаю по маковку и пропадаю нахрен. Ну не способен я следовать светлым канонам Артура Кроненберга, глубоко чтимого мной. До "Горняшечки" его я никогда, увы, не поднимусь. Честно! Так что, хотите, пропадайте со мной заодно; не желаете - покиньте страничку мою и не мучьте себя и свою совесть. Жесть. Да. Ну хочу отдохнуть. А вы как пожелаете. Одно обещаю - от грамматических, стилистических, синтаксических, лексических, фонетических и прочих невыносимых, не перевариваемых ни в каком виде мною ошибок школоты и прочей графоманской публики - я вас избавлю. Всё-таки это, какая ни есть, а литература. В моём, извините, стиле. У меня, да, кони, случается, ебут людей - но, считаю, это не страшнее, чем, скажем, папы шпилят дочек-нимфоманок, а мамы сыночек-дрочеров - а это здесь просто мейнстрим. Засим, если готовы, приступайте к чтению. Я вас, хе-хе, пердупердил.
5. Запрягайте, хлопцы, коней!..
Валя опомнилась, когда уже до лютой рези защипала себе соски, в пизде опять потоп. Лоб на подоконнике, сама на карачках, жопа коленца выплясывает. Взмылилась баба, а спустить - никак...
— Ма, не надо! – дочки бросили шмотки, подбежали, обняли. – Нафига самой-то? Мы ж здеся! Мы ж для ча приехали?
Поднимая её на непослушных ногах, щебетали вперебой:
— Миша-то! Спустил, а ты не успела поди? У него всё так! Эгоист! Мы уж привыкши без него сами чпокаться... за милу душу!
— Чо вам привыкать-то? Приспичило, лизнули друг дружке и порядок - а мне как? От Коли одни колотушки!.. – Валя растирала онемевшие пальцы, её трясло. – Ладно, пустяки… Слышьте, чо? Как Мишку на троих поделим? Заревнуете ещё, прибьёте мамку-то?
— Ах му-уж велел? Ну, раз муж... – её смущали близкие голоса «мужа» с Колей за окном. Но бесстыжие девки, не церемонясь, уже щупали её половые губы и, оголив плечи, щемили губами соски.
– Чо дразните, лукавые? Да не забыла мамка, памятлива! И охота вам? – сдалась Валентина. – Ну, лады. Ведите в кроватку...
— Ура! – шёпотом завизжали девки и, ловко обнажив её, наце-ловывали ей ляжки, голый зад - сочно, громко. Она опасливо ныла:
— Погодь! Погодь! Как бы нам мужиков отсель спровадить?.. - и дребезжащим противным голоском возопила в окно. - Ко-о-оль!
Во дворе ожесточённо и весело матерились два механика.
— Ко-о-оль! Вина-то девочкам! Забы-ыли? Сгоняйте с Мишей, раз машина!.. Чо, оглохли?
Первый и единственный раз...