после обеда и до понедельника был свободен. Впереди было три дня. Я уже готов был к встрече, и сам для себя устроил крапивные парилки, и кожа ниже пояса уже ничего не чувствовала. Всё началось как обычно, а ночью я лёг спать в коронной Димкиной упаковке на члене с толстыми стеблями от шиповника, да и под крайнюю плоть он натолкал тоже полно колючек, а когда проснулся, то увидел перед собой брата. Он стоял и смотрел на меня удивлёнными глазами и косился на Димку, и я признался. Как Димка проснулся, они, так меня отпарили по члену и яйцам и вообще по всему, что было ниже пояса крапивой, что я их в таком состоянии даже не помнил никогда. А потом положили мой член и снова обложили колючками, после чего брат куда-то ушёл и вернулся с новыми стеблями. У них шипы были около сантиметра и очень часто. Я понял, откуда он их взял. Это был дикий крыжовник, и он рос только в одном месте. Положив его на мой член, он придавил его и сначала Он, а потом Димка наступили на всё это и шипы впились в мой член, протыкая его чуть ли не насквозь. Это продолжалось в течении всего дня, а перед сном брат наложил ветки крыжовника на оголённую головку и придавил их ногой. Моя головка была просто пронзена сотнями шипов. После этого Димка забинтовал всё и я так и спал с воткнутыми шипами.
В воскресенье они снова парили меня крапивой. А когда я потерял сознание то они снова разными способами втыкали ветки с колючками и шипами, и делали это не обращая на меня никакого внимания. Я точно не помню, но вроде брат положил или вернее накрыл мне лицо полотенцем чтобы не видеть меня или я не мог видеть что они делают. А перед отъездом мне всё так затянули и запаковали вместе с колючками и яйца тоже замотали в одну кучу, что я потом полдня всё распутывал и вынимал больше недели шипы. Потом пошло всё покрываться шипичинами и волдырями и я уже не смог с ними справится, и член мой и яйца стали уродливыми, и я больше не возбуждался. Так как я понял, что большими шипами мне проткнули или истыкали и сами яйца, а не только мошонку. В последствии, всё это привело к необратимому процессу и мне пришлось обратиться в больницу. Спасти ничего не удалось, но брить теперь мне стало гораздо легче и ровнее. Станок ни за что не цеплялся.
Вот такой эпилог я сама нарисовала героям моей фантазии.
Безропотная мятежность