от смеси спермы внутри ещё и хлюпало. Но я не испытывал никакого отвращения, мне даже было приятно. Сделав несколько движений, я сразу начал кончать. Таких сильных ощущений у меня ещё никогда не было. Всё моё тело трясло, пока я изливался в неё. Я не знаю, сколько залпов сделал, но их было гораздо больше, чем обычно. Когда я вынул член, из киски моей любимой рекой потекла смешанная сперма. Я почувствовал огромное облегчение и удовлетворение.
Я тоже решил сходить покурить. В тамбуре стоял Александр и общался с каким-то мужчиной. Когда тот ушёл, мы остались вдвоём. Александр снова начал благодарить меня и извиняться за то, что кончил в мою жену. Он оправдывался тем, что не знал заранее и что я не предупредил его. Я ответил, что тоже кончил в неё.
— Ну и правильно сделал. Ты молодой, у тебя сперматозоиды сильные. Если она и забеременеет, то быстрее от твоих, чем от моих. Так что не волнуйся, всё будет хорошо.
После перекура с Александром в тамбуре я вернулся в купе. Жена всё ещё спала, её дыхание было ровным и глубоким. Её тело, освещённое мягким светом лампы, выглядело безмятежным, будто она находилась в другом мире. Я смотрел на неё и не мог избавиться от мысли, что внутри неё смешалась моя с Александром сперма. Это вызывало во мне странное чувство — смесь удовлетворения и лёгкой тревоги.
Александр вскоре вернулся. Он был спокоен, но в его глазах всё ещё читалось возбуждение. Он сел на свою полку и достал бутылку коньяка.
— Давай выпьем за это, — сказал он, наливая по очереди нам обоим. — За доверие, за удовольствие, за то, что ты позволил мне испытать нечто особенное.
Я молча кивнул и поднял стакан. Алкоголь обжёг горло, но помог немного расслабиться. Мы сидели молча, каждый погружённый в свои мысли.
Внезапно Александр нарушил тишину:
— Знаешь, я давно такого не испытывал. Она… она просто невероятная. Ты счастливый человек, что у тебя такая жена.
Я не знал, что ответить. Его слова были искренними, но они вызывали во мне противоречивые чувства. С одной стороны, мне льстило, что другой мужчина восхищается моей женой.
С другой — я понимал, что перешёл границу, которую раньше никогда бы не решился пересечь.
— Что будем делать дальше? — спросил Александр, пристально глядя на меня.
Я задумался. Постепенно алкоголь и азарт начали брать верх над здравым смыслом. Идея продолжить казалась всё более привлекательной.
— Давай подождём, пока она проснётся, — предложил я. — Посмотрим, как она отреагирует.
Александр усмехнулся:
— А если она ничего не помнит?
— Тем лучше, — ответил я, чувствуя, как возбуждение снова начинает нарастать.
Мы договорились не говорить ей о том, что произошло, если она сама не вспомнит. Наши планы были простыми: продолжать наблюдать за ней, возможно, даже попробовать что-то ещё, если представится возможность.
Через некоторое время Таня начала шевелиться. Её веки дрогнули, и она медленно открыла глаза. Сначала она выглядела слегка растерянной, но потом её взгляд стал более осознанным. Она посмотрела на нас, сидящих в купе, и слабо улыбнулась.
— Что случилось? — спросила она, потягиваясь. — Почему я лежу раздетой?
Я замер, не зная, что сказать. Александр, напротив, проявил инициативу:
— Ты немного выпила и заснула. Мы решили не будить тебя, чтобы не мешать отдыхать.
Таня кивнула, принимая объяснение. Но её следующий вопрос застал меня врасплох:
— А почему у меня всё так… липко?
Я почувствовал, как холодок пробежал по спине. Александр тоже на мгновение замер, но быстро нашёлся:
— Наверное, это из-за жары. Ты сильно вспотела во сне.
Исповедь проститутки...