были уверены, что наш сын Джон будет прекрасно выглядеть, когда ему будет далеко за пятьдесят, глядя на то, как хорошо ты выглядишь. Одна девушка сказала: "Мне это не очень нравится, меньше всего я хочу, чтобы куча женщин вдвое моложе моего мужа пускала по нему слюни".
— Никто не пускает по мне слюни, Джек, никто меня даже не замечает. Я, чёрт возьми, невидимка. Я даже не смогла заставить мужчин прийти и трахнуть меня...
Я обнимал её, пытаясь утешить, когда рыдания стали громче.
— Я тебя вижу, я тебя замечаю, Джесси.
Она встала, чтобы наполнить свой бокал, и остановилась перед зеркалом.
— Может быть, потому, что ты видишь двадцатилетнюю девушку, в которую влюбился, а не корову, которой я стала.
— Джесси, если я сделал что-то, что заставило тебя думать, что я люблю тебя меньше, чем девушку, которая вышла за меня замуж, я прошу прощения.
Что ж, прошедшая неделя добавила напряжения.
— Возможно, я стал самодовольным. Но я действительно люблю тебя, и смотреть, как ты разгуливаешь в этом неглиже, очень возбуждает.
— Нет, Джек, ты никогда не останавливался на достигнутом, ты чертовски совершенен. Ты по-прежнему присылаешь цветы мне в офис, помогаешь по дому и готовишь. Мои подруги убили бы своих мужей, только ради того, чтобы быть с тобой. Возможно, я не заслуживаю такого совершенства.
— Я бы не назвал это совершенством, Джесси, но я люблю тебя и хочу быть для тебя самым лучшим мужем, каким только возможно.
Джесси всё ещё смотрела на себя в зеркало, всхлипывая и потягивая шампанское.
— Тебе нравится этот пеньюар?
— Да, я уже сказал, что нахожу его очень возбуждающим. Если у тебя есть какие-то сомнения, можешь обратиться ко мне.
Я поднялся и встал у неё за спиной, обнял и начал целовать в шею. Мой пах был прижат к её заднице, и я уверен, что она чувствовала начальную стадию моей эрекции.
— Ты пришёл сюда, чтобы развестись со мной, Джек, а не заняться со мной сексом.
Мои поцелуи возымели действие, и я увидел, как затвердели её соски. Я скользнул руками вверх и обхватил грудь, сжимая соски.
Я прошептал ей на ухо:
— Ситуация сильно отличается от той, в которую я ожидал попасть. И ты знаешь, как напрягает меня намёк на наготу, когда я наблюдаю, как двигаются твои груди под этим почти прозрачным материалом, как просвечивают твои соски. Я вижу, как тоненькие трусики исчезают между ягодиц. И ещё, ты побрила киску, и ты знаешь, как я люблю лизать твою киску, когда она вот так обнажена.
Я просунул руку ей под трусики и схватил за киску. Она застонала, и у неё подогнулись колени.
— Но я сбрила волосы для другого мужчины...
— Его потеря - моя выгода, - сказал я, просунув палец между губок и обнаружив, что она очень влажная.
— И что бы ты хотела, чтобы этот мужчина сделал с твоей бритой киской? Ну-ка, ложись на кровать и покажи мне.
Джесси легла на спину.
— Он бы сказал мне снять трусики и раздвинуть ноги, чтобы он мог видеть мою киску, сказал бы мне раздвинуть свои половые губки вот так, держать себя открытой для него.
— А потом он бы захотел, чтобы я намочила пальцы своими соками и облизала их дочиста, и потёрла бы свой бугорок.
— Ты бы заставила себя кончить для него?
— Нет, он не давал мне кончить, когда я была на пределе, он приказывал мне остановиться и раздвинуть колени. Моя киска жаждала внимания, я умоляла его позволить мне кончить, я обещала ему все свои дырочки, если он позволит мне кончить.
Дачная история.