Лизой, всё ещё пахнущий гелем для душа и лёгким морским ветром, который цеплялся за его кожу во время прогулки на катере. Его волосы были влажными, а на лице сияла довольная улыбка — он явно наслаждался отпуском. Он повернулся к ней, подперев голову рукой, и посмотрел с той самой мальчишеской теплотой, которая когда-то заставила её влюбиться.
— Хороший день, правда? — спросил он, улыбаясь. — Катер, дельфины, ребята эти прикольные... Я прям рад, что мы с ними скорешились.
— Да, хороший, — тихо ответила она, пряча взгляд. Её голос был ровным, почти механическим, словно она зачитывала заученную фразу. Она сидела на краю кровати, скрестив ноги, и теребила уголок простыни, избегая смотреть ему в глаза. Её светлые хвостики чуть покачивались, когда она наклоняла голову, а пальцы нервно сжимали ткань.
Миша прищурился, заметив её отстранённость. Он придвинулся ближе, положив руку ей на колено — тёплую, ласковую, такую знакомую.
— Ты какая-то задумчивая сегодня. Всё нормально? Устала, что ли? — в его тоне сквозило лёгкое беспокойство, но больше любопытство. — Или море на тебя так действует?
Лиза пожала плечами, выдав слабую улыбку, которая больше походила на гримасу.
— Да, наверное, устала. День длинный был, — она наконец подняла глаза, но тут же отвела их в сторону, уставившись на узор обоев за его спиной. Её мысли закружились, унося её далеко от этого номера, от Мишиной руки, от его простых вопросов.
Катер. Каюта. Олег и его горячие пальцы на моей коже. Балкон. Коля и Паша, их дыхание, их грубость. Я не хотела, но... почему я дрожала? Почему я кончила? Она сглотнула, чувствуя, как жар поднимается к щекам. Её тело всё ещё помнило те моменты — резкие толчки, холод перил, запах пота и моря. И этот стыд, который должен был её раздавить, почему-то смешивался с чем-то другим. С каким-то тёмным, запретным удовольствием, которое она не могла выкинуть из головы.
— Ну, ты прям как не в своей тарелке, — Миша не унимался, слегка сжав её колено. — Может, перегрелась на солнце? Или ребята что-то не то сказали? Они, конечно, простые, но вроде нормальные.
— Нет, ничего не сказали, — отрезала она чуть резче, чем хотела, и тут же смягчила тон: — Просто шумно было, вот и всё. Я в порядке, правда.
Она солгала, и ложь далась ей легко. В голове мелькали образы: Олег, ухмыляющийся в каюте, Паша, шепчущий ей на ухо, Коля, прижимающий её к перилам. Её сердце забилось быстрее, и она вдруг поймала себя на мысли, что не хочет, чтобы это прекращалось. Не полностью. Мне должно быть противно. Я должна ненавидеть их. Ненавидеть себя. Но... мне понравилось. Хоть немного, но понравилось.
Миша, не замечая её внутреннего хаоса, потянулся к ней, обнимая за плечи.
— Ладно, отдыхай тогда. Завтра ещё повеселимся. Ребята звали на шашлыки, я сказал, что мы придём. Будет круто, вот увидишь!
— Угу, — кивнула она, позволяя ему притянуть себя ближе. Его тепло было таким родным, таким безопасным, но её мысли уже унеслись к завтрашнему дню. Шашлыки. Олег, Коля, Паша. Ещё одна встреча. Ещё одна возможность.
Что со мной творится? — спросила она себя, пока Миша гладил её по спине.
— Спокойной ночи, Лиз, — прошептал Миша, целуя её в висок.
— Спокойной, — еле слышно ответила она, пряча лицо в подушку. Но сон не шёл. Вместо него перед глазами вставали сцены дня, и она, сама того не замечая, слегка сжала бёдра, словно проверяя, остались ли в теле отголоски того, что с ней сделали.
Катя часть 11