выпячивалась вперед и, вылезая из полости живота, задевала грудь. Яйца жеребца уже частично скрывались у Марины в растянутой киске, наконец, он стал кончать. Нам показалось, что сейчас он оторвет всё что можно, но всё обошлось. Накаченная спермой матка вывалилась из разрезанного живота и свисала чуть ли не до земли.
Сделав ещё несколько толчков, конь замер, а внутренние половые органы вместе с маткой, не выдержав такого, просто оторвались и упали на землю. Сперма, что успела остаться в матке, там и была, раздув её словно шар, а остальная заполнила полупустой живот и в нём плавали некоторые фрагменты порванных кишок.
Живот Марины всё ещё был распорот и было видно её кишочки, наполненные спермой, а где были разрывы, то сперма была повсюду. Член коня по-прежнему торчал и не хотел прятаться и тогда я сказал Ане:
— Может, её спиной к пузу коня привяжем.
Аня сначала вроде как не хотела и заикнулась, пытаясь мне объяснить, а потом вдруг согласилась, добавив, что после того, как привяжем, коня отпустим на пастбище. Я тоже согласился и, перевернув Марину на столе вверх спиной, снова подвели коня, и он с ходу воткнул свой член в её попу. Мы перекинули ремни через него и, подтянув, закрепили их на спине. Теперь Марина висела у него под пузом лицом вниз и руки её и ноги болтались как плети. Мы отошли в сторону и, убрав поводья, отпустили коня. Он перепрыгнул передними ногами через стол и выбежал во двор. Я свистнул, и он умчался на луг, неся Марину на своём твёрдом и возбуждённом члене.
— Ой, я же совсем забыла. У твоей Маринки пузо-то распорото, а она вниз им привязана, - вдруг ойкнула Аня.
— Ладно, нагуляются, придут вместе, не бегать же за ними - сказал я и сел на скамейку возле дерева, свесив вниз свои покусанные яйца и член.
Несмотря на огромную дубинку в попе у Марины и вываливающиеся внутренности, у неё наступила эйфория. Марина представляла, как сейчас классно жеребцу. Он на свободе, и у него на члене такая классная игрушка, которую он почти не чувствовал. Испытывая оргазм за оргазмом, Марина уже не чувствовала, начало и конец, всё слилось в одну бесконечную волну удовольствия. Кишочки со спермой, всё свисало вниз у неё из живота. Попка послушно растягивалась, когда член входил внутрь. Влагалище после такого члена, было так растянуто, что уже не сжималось обратно. Слепни и оводы, почуяв сладкий сок, вытекающий из киски, стали садиться и покусывать её. Марина ощущала эти приятные покалывания и ей казалось, что кто-то её просто пощипывает. Потом, насекомые стали забираться внутрь и уже изнутри стали кусать её влагалище и внутренние стороны распоротой части живота. Марина всё поняла и от этого кайфа опять забылась. Конь то прогуливался по лужайке и щипал травку, то обратно шёл к пруду, иногда, у него случался словно приступ, и он начинал неистово трахать свою игрушку, что висела под брюхом, пока не кончал. Потом он успокаивался и снова гулял. Переполненные кишки уже свисали на метр вниз и путались под ногами, цеплялись за высокую траву. Насекомые огромным роем летали вокруг, и кушали незащищённую нежную плоть. Это раздражало коня, поэтому он зашел в пруд. Марина, очнувшись от прикосновения прохладной воды, поняла, что сейчас, скорее всего она может утонуть. Но конь всё понимал и не стал заходить глубоко. Он окунул себя и свою игрушку пару раз в пруд и трахнул в воде. Потом он успокоился и уже под вечер, побрел домой. Ему хотелось съесть хорошего овса. Марина
Ночной клуб