голосом, делая вид, что вспоминаю, кто это такие. – Кажется, так называют девушек-гермафродиток. Ну… пожалуй да, наверное, где-то во всём мире можно найти нескольких.
– О нет, не просто гермафродиток, а рослых и сильных девчонок с огромным сексуальным аппетитом и здоровенной хайрой между ног, которую им не терпится в кого-нибудь засунуть и оттрахать до невменяемости. Хотите увидеть кого-нибудь из них живьём? А?
– Да вы что! – хохотнул я с шутливым испугом. – Они же разорвут меня пополам этой своей… как Вы её назвали? Хайрой?
– Так Вы хотите попить со мной чаю за интересной беседой? – уточнила Настя. – Учтите, у Вас последняя попытка, чтобы согласиться. Пото́м я просто уйду. И до конца Вашего курса мы будем обсуждать только физику измерений.
И снова в разговоре возникла пауза, которую собеседница не спешила прерывать, давая мне время для размышлений.
Чёрт! Она говорила о невероятно интересных вещах, но… мне очень сложно было поверить, что это не розыгрыш или… чего хуже, не какая-нибудь ловушка для меня, сулящая массу неприятностей.
– Знаете… – прервал я молчание наконец, – пожалуй, я съем немного круассанов. Да и интересно мне про футанари узнать побольше. Всё-таки… нужно отвлекаться иногда от физики. Иначе просто устаёшь.
– Куда пойдём?
– А давайте в мою лабораторию. Там мы будем одни, и чайник там есть.
– Отлично. Это очень хорошие условия для секретных бесед.
***
Минут десять спустя, преодолев неблизкий путь по коридорам университета, мы подошли к лаборатории «Измерительной техники» на четвёртом этаже.
Я открыл дверь ключом и, войдя первым, зажёг свет и включил общий рубильник питания. Затем прошёл к своему столу, проверил уровень воды в чайнике и включил его.
Настя тем временем тоже вошла следом за мной и с интересом осматривала комнату с приборами на стойках и измерительными стендами.
– Так вот Вы где обитаете, – промурлыкала она. – Что ж, тут вполне уютно.
Девушка плотно прикрыла дверь и, улыбнувшись мне, достала из сумки пакет с круассанами.
– Они с вишнёвым джемом и с варёной сгущёнкой. Очень вкусненькие.
– Хорошо, – улыбнулся я ей в ответ. – А у меня есть "чоко-паи". Так что и я внесу свой вклад в чаепитие. Вы располагайтесь пока с удобством, а я чай заварю.
– Ладно.
Девушка уселась за парту и, оперевшись подбородком на ладошку, стала следить за моими манипуляциями с кру́жками и пакетиками чая.
– Вы чай с сахаром будете или без?
– Без сахара, – ответила Настя. – Признайтесь, Вы по-прежнему мне не верите? – уточнила она.
– Ну что сказать, в Ваши слова очень сложно поверить. Они скорее напоминают розыгрыш.
– Да, я понимаю. И тем не менее я не разыгрываю Вас. Я действительно могу организовать Вашу встречу с футанари. В первую очередь, с собой.
– То есть… Вы намекаете, что сами являетесь футой? – уточнил я, расставляя стаканы с чаем перед гостьей и перед собой.
– О! Какой прогресс, используете уже фанатские термины? – хитро сверкнула глазами Настя.
Я лишь пожал плечами и присел за парту напротив девушки, никак не прокомментировав её слова.
– Да, я – фута, – ответила на мой вопрос собеседница, после того как прожевала кусочек круассана и запила его чаем, – но нахожусь сейчас не в своём теле. Я подселилась сознанием в эту девушку. С её разрешения, конечно.
– Звучит очень фантастически, – отметил я со скептическим выражением лица и тоже с удовольствием попробовал угощение. Круассаны с варёной сгущёнкой мне нравились всегда.
– Я и не требую поверить мне на слово, – пожала шатенка плечами и непринуждённо перешла на "ты": – Если согласишься на сотрудничество со
Дорожное приключение...