одобрила. Но время игр закончилось. Теперь началась высшая лига. Мы понятия не имели, чего ожидать.
Если вы никогда не охотились на диких свиней, я не смогу описать это в нескольких абзацах, не говоря уже о целом романе. Это не поддается описанию. Мы провели лучшее время всей своей жизни. Мы убивали этих диких зверей, тащили их массивные туши по полям, снимали с них шкуру, чистили их и в целом чувствовали себя чертовски хорошо. Нет ничего лучше убийства животных, особенно больших и злобных, которые могут разорвать тебя в считанные секунды, для повышения тестостерона и адреналина. Клянусь, после одного конкретного эпизода я практически почувствовал, как мой голос становится грубее, на груди заколосились волосья, а член уже начал тяжело и свободно раскачиваться, почти доходя до колен.
Если у кого-то из вас, "мужчин", есть какая-то глубокая проблема с тем, что я убиваю животных, то, насколько я понимаю, вы можете просто подтянуть свои трусики, сбрить козлиную бородку и переехать во Францию, вы все, чертовы слабаки.
С этим проблемы у дам? Понятно. Но это мужские проблемы. Так что садись ко мне на колени, и я всё тебе объясню. Хех. (Это шутка для себя, не обращайте внимания.)
День был невероятным, если не сказать больше. В общей сложности мы добыли восемь зверушек, и больше времени потратили на их чистку, чем на охоту. Мы заполнили два больших холодильника до краев, а большую часть мяса оставили владельцу участка. Фермер был доволен нашими успехами. Проблема свиней становилась огромной проблемой всего мира, нанося огромный ущерб урожаю и вызывала эрозию почвы. Он пригласил нас вернуться в любое время и убрать из этого мира как можно больше свиней. Отец пожал ему руку и сказал, что мы, возможно, согласимся.
Мы были измотаны и в то же время — на взводе. Колин убил одного свирепого кабана весом около 200 фунтов [~ 90 кг], а я подстрелил трофейную свиноматку, которая легко превысила наши 250 фунтов [~ 115 кг]. Мы изрядно потрудились, оттаскивая свиней к джипу, а научиться снимать шкуру, потрошить и забивать свинью, которая больше меня, оказалось очень трудоемким и грязным занятием. Никогда больше я не ценил так лебедку на нашем джипе. Отец знал, что делать, и у него были все необходимые инструменты. Я уверен, что он мог бы сделать это в два раза быстрее, но наше обучение было важной частью процесса. Папа всегда гордился тем, что учил меня, и я ценил это, даже если не часто говорил об этом.
***
Когда мы вернулись в хижину, солнце уже висело низко в небе, и это скрашивало наше волнение. Мы поздно возвращались и знали, что будет значить, что мы намного позже выберемся оттуда, а до дома нам предстояло ехать не менее двух часов.
Оказалось, что все не так уж плохо. Тетя Мари и мама закончили большую часть упаковки, и большая куча снаряжения была тупо сложена в автомобильном "порту", готовая к погрузке. Мы завели джип и увидели наших матерей-сестер, "припаркованных" на крыльце, с пивом в руках.
Колин подбежал к ним, все еще в полном восторге от своей первой "охоты", но не прошло и 10 секунд, как нас грубо погнали прочь.
Мама морщила нос и указывала на озеро.
— Вперед! В озеро, в всей своей одежде и все такое. Сейчас же!
Тетя Мари была не лучше.
— Господи, как же от вас всех воняет! Вы грязнее тех свиней, на которых, как вы утверждали, охотились. Гарольд, я отдала тебе своего красивого мальчика, а ты вернул мне вот это?
Отец рассмеялся.
— Этот молодой человек подстрелил 200-фунтового кабана с
Сеновал