Виктора, трахающийся ей в рот. Но ей не собирались отказывать в чем-то между губ. Она немного опустила голову и широко открыла рот, всасывая драгоценные яйца сына. Ее губы коснулись губ Элеоноры, пока ее подруга с голодным отчаянием сосала пульсирующий член. Она чувствовала, как яйца ее сына сжимаются, чувствовала, как он вот-вот кончит.
Она начала хныкать, когда ее киска дергалась, от надвигающихся конвульсий. Она почувствовала, как киска Элеоноры сжимается и раскрывается вокруг ее пальца, зная, что Элеонора тоже собирается кончить.
Виктор громко простонал.
Элеонора радостно булькнула, когда густая сладость судорожно хлынула ей в рот. Лариса застонала, когда яйца сына стали туго сжиматься у нее во рту, желая, чтобы этот сладкий член извергался в ее жадный рот.
Виктор прижимался к затылку матери, прижимая ее рот к своим яйцам, делая то же самое с головой Элеоноры. Его тело дрожало, и его задница сжалась.
Влажные булькающие звуки Элеоноры казались громкими в комнате. Все трое задыхались, от эротического экстаза и дрожали, когда Виктор наполнял рот Элеоноры. Две волосатые киски почувствовали мощные конвульсии получаемых оргазмов.
Когда они закончили, Лариса и Элеонора крепко прижали Виктора к своим телам, обжигая влажными поцелуями его бедра, член и яйца, а также живот.
Виктор медленно и мягко оттолкнул их головы, сидя на диване, его ноги сильно дрожали. Элеонора и Лариса посмотрели на измученного парня, затем друг на друга.
Миф четвертый: верность