он почувствовал, как кровь застучала в висках. Его пенис на самом деле был необрезанным, но из-за лёгкого возбуждения — от нервов, от стыда, от необычной ситуации, кто знает? — он немного увеличился. Головка набухла, выскользнув из крайней плоти, которая свернулась аккуратным кольцом вдоль короны, создавая обманчивое впечатление обрезания. Он не был обрезан, но сама мысль о том, чтобы это обсуждать перед всеми, была невыносима.
Прежде чем Сергей успел что-то промямлить, учительница, госпожа Петрова, вмешалась. Её голос был спокойным и уверенным:
— Нет, Вика, ты ошиблась. Сергей не обрезан. То, что ты видишь, — это естественное состояние при лёгком возбуждении. Крайняя плоть оттянулась назад из-за набухания головки пениса, но это не значит, что она удалена.
Чтобы прояснить ситуацию, госпожа Петрова взяла пенис Сергея в руку. Аккуратно, с профессиональной уверенностью, она натянула крайнюю плоть вперёд, полностью закрыв головку.
— Вот, смотрите, — продолжила она, обращаясь к Вике и ко всем присутствующим. — Крайняя плоть на месте, просто она была оттянута. При этом она, зажав пенис Сергея двумя пальцами, вращала его из стороны в сторону, демонстрируя всем присутствующим.
Вика кивнула, осознав свою ошибку, а учительница отпустила пенис Сергея, головка пениса опять оголилась. Пенис заметно увеличился в размерах, но все еще свободно свисал, а его головка покраснела еще больше.
Сергей сглотнул, стараясь не смотреть никому в глаза. Он чувствовал, как комната сжимается вокруг него, а тишина становится почти осязаемой. Студенты явно ждали продолжения, и он понимал, что сейчас будет ещё хуже.
Госпожа Петрова повернулась к нему с лёгкой улыбкой:
— Сергей, давай-ка ты сам познакомишь нас со всеми анатомическими особенностями своих гениталиев. Это будет полезно и тебе, и познавательно для всех остальных. И в дальнейшем ты должен будешь сам начинать урок с вводной демонстрации всех этих анатомических подробностей, и делать это уже без моей подсказки...
“Объяснить? Свою анатомию?!” — мысленно застонал он. Но деваться было некуда. Кивнув, он пробормотал:
— Л-ладно...
Дрожащими пальцами он прикоснулся к своему пенису, чувствуя его тепло и слабую пульсацию. Смущение захлестнуло его, но он заставил себя говорить:
— Э-это... крайняя плоть, — выдавил он, осторожно натягивая кожу вперёд, чтобы прикрыть головку пениса. Его голос дрожал, а лицо пылало. — В-вот так она закрывает г-головку полностью...
Он замолчал на секунду, пытаясь собраться. Тишина в классе была оглушительной, пот проступил на лбу. Затем он медленно оттянул крайнюю плоть назад, снова обнажая головку:
— А к-когда я её оттягиваю... в-видите, нет шрамов или швов. Это значит, что я н-не обрезан.
Сергей еще сильнее оттянул крайнюю плоть, так чтобы видна была кожа короны пениса, чтобы Вика и остальные студенты убедились сами.
Сергей едва дышал, пальцы казались деревянными. Он чуть приподнял пенис, показывая нижнюю часть:
— А т-тут... уздечка пениса. Она с-соединяет крайнюю плоть с головкой. Это тоже п-подтверждает, что мой пенис не обрезан.
Закончив, он поспешно опустил руки и уставился в пол. Пока он объяснял студентам все это его голос срывался, слова путались, а лицо было краснее спелого томата.
— Ты отлично справился, Сергей. Я понимаю, как это было непросто, но ты поборол стыд и тем самым помог всем нам. Зачёт по анатомии тебе гарантирован!
Он выдавил слабую улыбку, всё ещё ощущая жар на щеках:
— С-спасибо, госпожа Петрова...
Между тем практические занятия продолжились. Вика приступила к пальпации. Она надела перчатки и осторожно взяла двумя руками яички, слегка сжимая их в ладошках. Её холодные пальцы заставили Сергея вздрогнуть, и он невольно выдохнул:
— Ох!
— Прости, — пискнула она, покраснев ещё сильнее.
— Ничего, — прохрипел он, хотя сердце колотилось, как барабан.
— Плотные, симметричные... эпидидимис мягкий, без уплотнений,
Величайшие мелочи жизни...