концу, я не сдалась и стиснув зубы, героически доиграла почти до конца, когда на предпоследнем сведении Лилит вдруг решила повысить ставки и потребовала засунуть в неё пальцы.
— Давай, хватит уже трогать и гладить – я хочу почувствовать тебя внутри.
— Лилит, не надо прошу... не заставляй меня.
— Всё просто, я расставлю ноги, отклячу задницу, а ты отогнёшь мои трусы и вставишь в меня свой блядский палец, а лучше два.
— Блядь, не-ет!
— Блядь, да. Делай! Или завтра же утром у всего «метростроя» на рабочем столе будет красоваться твоя блядская волосатая пиздёнка.
И что же мне оставалось?
Моя рука робко касается уже призывно откляченой попы «госпожи», легко забирается под юбку, гладит и сжимает её приятные упругие ягодицы, а Лилит в нетерпении переминается с ноги на ногу. Я чувствую, как жарко и влажно у неё между ног, отгибаю промокшую насквозь ластовицу и сразу же вляпываюсь в её выделения. Это странно, противно и дико волнительно. Лилит уже вся дрожит и задолбавшись ждать, сама меня направляет, с тихим стоном насаживаясь на мой пальчик.
— Ха-а-а... ну наконец то... а теперь давай два...
Я складываю вместе два, и они совершенно легко заскальзывают в вагину моей «госпожи», заставляя её мне подмахивать. Трек выбран длинный, но за семь минут, показавшиеся мне вечностью, Лилит, конечно, не успевает кончить, она только лишь сильнее себя распаляет.
— Ах сучка, не могла работать чуть быстрее?!... : тяжело дышит, сильнее заливая мою руку соками: - Твоя очередь, играй два... напишу пока Jakki - пусть нас поменяет.
— Но я хочу играть.
— Наиграешься ещё, а сейчас мы пойдем в чёртову гримёрку, и ты доделаешь то, что начала...
Расталкивая в стороны халдеев, Лилит тащит меня за руки в гримёрку, а я, догадываясь (на самом деле нет), что сейчас будет, чуть не плача упираюсь и несу всякую околесицу. От того что за мной вот-вот приедет Паша, до того, что у меня «эти дни» и мы всё перепачкаем.
Но кто бы меня слушал?
Лилит вообще по фиг на весь мой скулёж, она знает что хочет и уверена, что подсознательно я не только не против. Заталкивая меня в гримёрку, она, подавляя сопротивление, целует в губы и сметая всё со стола, командует девочкам:
«Ну ка брысь!».
Даша и Лена, тут же встают и выходят, а Марина неспеша подходит к нам и предлагает Лилит помощь:
— Я могу остаться и подержать её.
— Тебя нужно держать?: спрашивает меня Лилит, сжимая мои щечки пальцами.
— Не нужно.: я буквально дрожу, и сама не понимая от чего.
— Не нужно... Госпожа!
От пощёчины у меня вспыхивает «огонь» внизу живота. И я повторяю за Лилит:
— Не нужно, моя Госпожа.
Стыдно признаться, но эта странная, дикая игра и меня сильно заводит.
— Держать не нужно, Марушка будет послушной девочкой, но ты можешь остаться и посмотреть.: с этими словами, с меня сдёрнули платье и поставили на колени:
— Так на чём мы там остановились.
— На том, что я недостаточно быстро работала рукой.
Следующая пощёчина обожгла меня, я спохватилась и тут же добавила: -... моя Госпожа.
— Ладно, Растаманочка, посмотрим, насколько хорош твой язычок: - Лилит сняла свои мокрые трусы и уселась на стол, широко разведя ноги. Её влажная, правильная и такая красивая вагина была прямо перед моим лицом. Пряный, чуть сладковатый запах её тела щекотал мой носик. Я стояла перед своей начальницей на коленях и вообще не знала, что мне делать.
— Тебе понравится, все девочки говорят мне что она вкусная. Две цыпочки вчера чуть не подрались за неё. Закрой глазки и для начала просто поцелуй её губки.:
Дочь подруги