мы даже получали прибыль, хотя Башира была немногословна насчет наших финансов. Башира умела обращаться с деньгами, но она была такой прижимистой, что скрипела при ходьбе.
Я так и не понял, по какой системе жены управляли моей ночной компанией. Ведь там не висело ни списка дежурств, ни чего-то подобного, и я не мог понять, что происходит какая-то ротация. Ну, неважно, меня никогда не игнорировали, и жены казались довольными, так что, думаю, это не было проблемой. Я знаю, что женщины постоянно удивляли меня, открывая свою сексуальность. У каждой из них были свои маленькие причуды. Их симпатии и антипатии было интересно выяснять.
Большим сюрпризом оказались Тахани и Джамиля. Я узнал, что Тахани бисексуальна, как и Джамиля, однажды ночью, когда они соединились со мной. Должен сказать, что это была одна из самых жарких ночей секса, которые я когда-либо испытывал. Когда Джамиля впервые направила голову Тахани вниз к своей ароматной пизде, это было так эротично, что я чуть не испытал спонтанную кульминацию. В ту ночь мы создали столько комбинаций, на сколько были способны трое, и чистый эротизм двух женщин вместе довел меня до вечного стояка.
Адара была главной маленькой заводилой, как и Тахани и потрясающая Калила. На каждую из моих жен приходилось примерно по два раза. Адара обожала все, даже отдаленно связанное с сексом, и готова была попробовать все, что угодно, в любое время и в любом месте. Калила, напротив, была застенчива где угодно, только не в спальне, но при закрытой двери она становилась тигрицей. Мы с Калилой трахались в таких позах, которые Mallanaga Vatsyayana даже представить себе не мог, когда писал «Камасутру». Мы с Калилой продолжали исследовать ее покорность и добились весьма приятных результатов. Благодаря моей гибкой и легкой рабыне любви кандалы в комнате гарема оставались в полном порядке.
Когда женщины вернулись с рынка и сообщили мне, что американцы начинают операции в районе, расположенном всего в двенадцати милях от фермы, у меня возникли смешанные чувства.
Заработки