ними поговорить, предварительно пообжемавшись и поцеловавшись? Ты была так сексуально возбуждена, что не только трусы промокли насквозь, но и чулки до колен были мокрыми. И ты надеешься, в таком контексте я поверю, что ты могла думать – вы идете не ебаться, а разговаривать? Тогда ты, оказывается, не просто потенциальная блядь, но еще и набитая дура. Вы шли трахаться, и выйдя из зала в коридор твое мнение на это счет стало бы им не интересно, что бы там ты себе «не думала». Стала бы дергаться, дали бы пару раз по морде и выебли во все дыры не спрашивая имени. Сначала они вчетвером, а потом все желающие.
— Это не правда. Не смей говорить мне гадости.
— Это правда. Продолжая грубо врать и отрицать очевидное, ты показываешь, что считаешь меня наивным дураком, готовым принять твою нелепую историю и позволить тебе продолжать врать и унижать меня. Думаю, что мы поговорили достаточно. Тебе надо собираться.
— Я не понимала, что делаю. Наверно меня чем-то опоили.
— Кто опоил? Я или Наташка с Танюшей? А может Вовчик с Витьком? Больше некому. Ты начала свои грязные танцы сидя за нашим столиком.
— Я была пьяна.
— Пока ты не заявила мне, что ты свободная женщина и можешь делать все что захочешь — это были три дамских коктейля. Это в общем то нормальная для тебя доза. Приняв ее, ты остаешься полностью адекватной.
— Я люблю тебя! Я не хочу развода! Я не знаю, что это было со мной.
— А ты у меня сейчас вызываешь чувства близкие к брезгливости. И я не хочу жить с женщиной, которой не доверяю и которую не уважаю. Которая может изменить меня в любую минуту с первым встречным. Пойми, как было уже не будет, а по-новому ты не хочешь. Какой у нас остается выход?
— Сереженька! Не гони меня! Я всегда была тебе верной женой! Я никогда тебе не врала!
— Это все ложь. Сегодня ты пытаешься врать мне весь вечер Ты врешь мне сейчас, когда говоришь, что никогда не врала. Врешь, когда пытаешься выдать свою мерзкую выходку за невинную шалость.
— Родненький! Дай мне шанс!
— Я дал тебе шанс, и ты утопила его во лжи, в нелепых оправданиях, в попытках представить себя невинной жертвой. Ты не чувствуешь вины. Ты не хочешь действительно разобраться в том, что случилось. Тебя все устраивает. Ну и живи с этим. Стань действительно свободной женщиной, вольной делать все что душа желает.
Ирина казалось раздавленной неожиданными последствиями вчерашнего «праздника». Она побледнела, в глазах стояли слезы. Хотя голос ее прерывался сдерживаемыми рыданиями она продолжала попытки оправдаться.
— Сережа! Прости, я виновата, но я ошиблась только один раз. Ты же знаешь измены не было. Ты у меня один единственный. Я не знаю, что на меня нашло. Не прогоняй меня. Я готова выполнить все твои условия. Все, что скажешь.
— Для начала тебе надо прекратить врать. Твои признания в единственной ошибке сработали неделю назад. И твоей лжи про совместную комиссию с бухгалтерией, день рождение и искреннее раскаянье я тогда поверил. Сейчас твой лимит доверия исчерпан.
Жена у меня большеглазая. Сейчас она смотрела на меня, прижав руки ко рту, глазами величиной с блюдце. По щекам текли слезы.
— Я тебе не изменяла. – Прошептала она.
— Это не твоя заслуга. Ты сделала все, чтобы украсить меня рогами. Делала правда это самым дурацкими способами и у тебя ничего не вышло. Мне даже трудно представить, чтобы ты сделала, пойдя со Шведовой, одна в ночной клуб. Если судить по тому, что было
моя личная жизнь .