стороны чащи послышалось приглушенное рычание, которое вскоре оформилось в завывающий шум автомобильного мотора. Я немного расстроилась, но продолжала лежать на полотенце с закрытыми глазами.
Минуты через две двигатель надрывно взревел уже в нескольких десятках метрах от берега, и послышался хруст ломаемых веток. Слегка повернув голову, я наблюдала, как из леса выполз какой-то старый потрёпанный внедорожник, и остановился чуть в стороне. Двигатель заглох, возвращая в округу тишину и природную идиллию. Хлопнули стальные двери, послышалось тихое перешептывание.
Из машины выбрались четверо: два мужика, и две женщины. Они о чём-то пошушукались, а потом одна из дам подошла ко мне и мило улыбнулась:
— Здравствуйте!
— Здравствуйте, - ответила я, приподнимаясь.
— Вы не могли бы перейти в другое место? Это наш пляжик.
Как же меня всегда раздражали эти «наши полянки», «наши пляжики», «наши беседки», и «наши парковки».
— Да мне и тут хорошо, - добродушно улыбнулась я и снова легла на полотенце.
— Хм… - недовольно фыркнула вторая, - Ну Вам что сложно что ли?
— Не сложно. Но мне очень тут понравилось.
Вновь прибывшие немного помолчали, а потом один из мужиков весело хохотнул:
— Да что вы, девчонки, проблему придумали? В тесноте, да не в обиде! Вас как зовут, девушка?
Я снова открыла глаза и подняла голову. Рядом стоял долговязый лысый мужик в одних джинсовых шортах и шлепках.
— Катерина… - я запнулась на долю секунды, решая стоит ли добавить к имени отчество, но все же сочла это неуместным в данной ситуации, так как была явно моложе собеседника.
— А я Антон!
— Очень приятно… - голова снова опускалась на простыню, но разговор явно был не закончен.
— Это моя жена Аннушка, - продолжал горланить Антон, - а это наши друзья: Кирилл и Люся. Мы тут каждую неделю отдыхаем. Загораем, веселимся. Так что присоединяйся, если хочешь. Ты пиво пьешь?
Такой беспардонный переход на «ты» неприятно резанул слух. Я поняла, что уединенный отдых окончательно окончен и проще будет найти себе другое местечко. Может быть, и лилии найду. Но я была бы не я, если б собрала вещи и ретировалась. Ну уж нет. Раз вы не можете уважать чуждой отдых, то и я стану острой занозой у вас в заднице.
— У-ф-ф-ф, - злобно фыркнула я и села, - А вы не можете просто оставить меня в покое, Антон?
— Ничего себе! – прикрикнула одна из дам, - Её ещё и в покое надо оставить. Вон берег большой, иди и успокаивайся!
— Тихо, тихо, тихо! – замахал руками долговязый, - Люська не разгоняй волну. Ладно, Кать, я всё понял. Мешать не будем - отдыхай. У нас только есть один небольшой пунктик: мы специально забираемся в такую глушь, чтобы поплавать нагишом. Надеюсь, не смутим тебя?
— Ч-е-е-е-г-о-о-о? – опешила я.
— Да всё, нормально, - рассмеялся Антон, - что естественно, то, как известно, не безобразно.
Он отошел к машине, скинул шлёпки, и, развязав шнурок на шортах, стащил их с ног. Трусы, судя по всему, лысый вообще считал излишним атрибутом одежды. Он довольно потянулся, подставляя лучам заходящего солнца свою длинную сосиску, выглядывающую из зарослей лобковых волос, и глянул на меня.
Совладать с эмоциями в этот момент было крайне сложно. Лицо у меня глупо вытянулось, рот приоткрылся, а глаза распахнулись.
— Эх! Хорошо!!! – гаркнул мужик и, с разбегу, влетел в воду, обдав меня веером брызг.
Я молча переваривала увиденное, пока не обратила внимание, что оставшаяся троица тоже начала разоблачаться. Спустя минуту обнаженная парочка, которых, судя по всему, величали Кирилл и Люся, равнодушно прошли мимо меня, сверкая поджарыми загорелыми задницами, и окунулись в
Милая теща