т.е. в области паха, заднего прохода и гениталий».
Я ответил, что вроде бы пока ничего не мучает, за исключением последствий после таких дней как сегодня. Тогда Наташа уточнила,
— «Я имею в виду, когда ты засовываешь себе в задний проход всякие предметы, то у тебя ничего не болит?».
Тогда я краснея ответил,
— «Что вроде бы не замечал».
Тут Наташа предложила проверить, чтобы, когда я приду к ней на приём не светиться с моим членом перед медсестрой и я согласился. Она смазала чем то руку и сжав пальцы вместе стала делать вращательно-поступательные движения рукой прямо вглубь моей задницы. Наташа делала это профессионально и в считанные секунды её рука была уже внутри. Вращая рукой, она ощупывала прямую кишку и находящиеся рядом с ней за её стенками органы мочеполовой системы. Через минуту она вытащила руку и сказала, что всё нормально, а вот член просветить надо. Я спросил, зачем, и Наташа мне ответила, чтобы узнать серьёзность искривлений и характер уплотнений, а то превратится твой член в карельскую берёзу и будет корявый и кривой. Мы засмеялись.
Нинка в это время стала брать квас и пиво из холодильника и уронила бутылку на пол. От стука проснулась Ольга и увидев Нину в таком виде, с пивом и голую посреди кухни- выдала,
— «А где остальные?».
Когда Нина сказала, что Серёга и Наташа в бане и что она пошла за пивом и квасом. Ольга набрав воздуха выдала такую фразу,
— «Вы что охренели совсем что ли..., что у других бы от стыда уши повяли», а Нинка стала уговаривать её идти вместе в баню попариться и попить пиво. Ольга молча развернулась, и пошла дальше спать. Когда мы пришли из бани на веселее, Ольга ещё спала и мы тоже все легли спать, кто где.
Проснулись рано утром в воскресенье. Оля уже уехала на соревнования, и мы стали приводить всё в порядок. Позавтракав, Наташа осмотрела моё хозяйство. Всё было сильно опухшее, одним словом, тёмно-синий пенис с фиолетовыми яйцами как у мерина. Мы оделись, Наташа всё закрыла, и мы медленно пошли на электричку. Я быстро ходить не мог. Время ещё было, и мы шли и разговаривали. Приехав в город, мы разбежались, кто куда. В понедельник Наташа сделала мне больничный на десять дней с растяжением суставов, и я валялся дома. Через десять дней я вышел на работу, опухоль ещё мешала ходить и я немного прихрамывал. Когда опухоль спала, Наташа пригласила меня на снимок. Снимок её не обрадовал, но и не напугал. Она сказала,
— «Бывает гораздо хуже, так что не расстраивайся, чем могу, тем помогу».
Показав мне снимок, я действительно увидел интересную картину. Мой член был действительно во многих местах переломлен или расплюснут и в этом месте образовывались уплотнения в виде наростов, хрящей, как при переломе костей. Все сосуды не повреждены, а только лишь воспалены и зажаты, это препятствовало нормальному прохождению жидкости, мочи. Тут Наташа, как врач, зачитала мне три варианта выхода из сложившейся ситуации:
— первое, делать операцию и удалять уплотнения, но после этого прекратить всякого рода физические действия над членом,
— второе, в течении пяти лет не причинять члену резких изгибов это приведёт к частичному восстановлению переломов итак же потенции,
— третье, продолжать принимать таблетки, что может привести к отсутствию возможности иметь детей и продолжать жить как жил раньше, не жалея своё хозяйство, но при этом получать удовольствие и травмы. Я обещал подумать и если приму какое-то решение, то обязательно сообщу. Я поблагодарил Наташу, пригласил в гости, попрощался и пошёл домой. Меня одолевали разные мысли,
Олин зачёт