ауру ее присутствия. Она была похожа на королеву красоты в том, как она держалась, всегда такая правильная.
Я бы солгал, если бы сказал, что, когда она появилась, у меня не было настроения, но то, как она себя ведет, всегда позволяет моим нервам в конце концов успокоиться. Мне всегда было интересно, нервничала ли Эш в таких ситуациях, как я. Она говорила мне, что нервничала, но на людях это было незаметно. Если в чем-то моя мать и была права, так это в том, как она учила свою младшую дочь держаться с достоинством.
Моя мама тоже казалась расслабленной в этот раз. Я и раньше видел, как она была готова взорваться в общественных местах, но, с другой стороны, я видел, что в большинстве случаев она вела себя элегантно. Казалось, она не могла контролировать свои эмоции так же хорошо, как Эш. Про себя я подумал, что, возможно, она решила, что если переживет следующие несколько часов, то обретет немного спокойствия, потому что меня не будет рядом, чтобы досаждать ей.
Еда и обслуживание, как всегда, были безупречны. Я заказал себе клубный сэндвич и домашний салат. Большой заказал клубный сэндвич и суп, а девочки - суп и салат. Мы все время вели светскую беседу, и атмосфера была радостной, хотя и казалась немного подавленной из-за моего предстоящего отъезда.
Мой дедушка попросил официанта принести блюдо для дегустации десертов. На нем были мини-чизкейки "Нью-Йорк", Черепаховые чизкейки, кокосовые мини-тортики и тарталетки с орехами пекан. За ужином мы все съели по нескольку кусочков каждого из них.
Большой уже сказал, что ему нужно вернуться в свой офис сразу после того, как он закажет десерт. Он извинился и ушел, пока мы доедали ланч. Я понятия не имел, что собиралась делать бабушка, но она извинилась вместе с Большим. Мы попрощались за столом, и они ушли. Я подумал, что бабушка собирается вернуться к себе домой.
Мама весь обед говорила о том, что нужно вернуться домой и немного отдохнуть, потому что в четверг, пятницу и субботу ей снова придется выходить на работу. Я отвез нас на ланч и собирался отвезти обратно домой. Няня хотела, чтобы Эшли навестила ее, и она согласилась. Это меня немного беспокоило, потому что я хотел провести время с Эш перед отъездом.
В конце концов мама спросила, готов ли я ехать домой, что означало, что она готова. Итак, няня, Эш, мама и я направились к своим машинам. Мы с Эш ничего не сказали. Как мы могли, когда мама была рядом. Я обнял няню, а затем подошел к Эшли, и мы по-братски обнялись по-семейному, скрывая наши истинные чувства, пока мама садилась на пассажирское сиденье своей машины, а няня садилась в свою машину и сдавала задним ходом, чтобы отправиться домой.
— Так ты собираешься к няне, чтобы потусоваться? - Спросил я для подтверждения.
— Да. Я подумала, что должна. Я не видела ее несколько недель, и с тех пор, как умер папа, ей стало одиноко.
— Я надеялся провести немного времени вместе, прежде чем уеду.
— Ну, может, это и к лучшему, что мы этого не делаем. Я буду скучать по тебе, но ты знаешь, что твое место рядом с Джилл.
— Я пытался дозвониться до тебя прошлой ночью.
— Я знаю, но это было к лучшему... Тебе лучше поторопиться, пока мама не разозлилась.
— Я позвоню тебе через некоторое время.
— Зачем?
— Я хочу увидеть тебя перед отъездом... Мы встретимся?
— Я не знаю.
— Пожалуйста.
— Я не знаю.
— Я позвоню.
— Тебе лучше идти. - На этом мы обнялись и расстались, а Эшли
Мокрощёлка из восточной Европы