беги к своему пидорку-парню и поцелуй его от моего имени — мокренько."
Мэйбел действительно побежала к своему парню и поцеловала его, передав изрядную порцию семени Галвина прямо в рот Тимоду. Она оказалась талантливой актрисой: рыдая, она рассказала, как дюжина бандитов схватила её на дороге, утащила в лес и по очереди трахала, как дешёвую шлюху. Особенно она подчеркнула, насколько огромными были их члены и как долго они её мучили. Она сказала, что они трахали её так жёстко, что она теперь едва ходит (это была правда), и что ей пришлось ползти по грязи, как грязной улитке. Ей также пришлось объяснить запах мочи в волосах, и она красочно описала, как бандиты использовали её как унитаз.
Её драматичная история собрала толпу, включая городскую стражу. Это было удобно для Галвина — он смог проскользнуть в город, не платя пошлину и не будучи узнанным. Галвин был разыскиваемым преступником в большинстве королевств, и стоило одному охотнику за головами его опознать — ему пришлось бы снова бежать.
****
Галвин вошёл в Гнездовград счастливым, как пчела в улье, когда вдруг почувствовал, как что-то острое упирается ему в спину.
"Я видела, как ты выебал эту крестьянскую дурёху, " — прошептала женщина с ножом. Она была закутана в чёрно-фиолетовый плащ. "Должна признать, впечатляет. В какой-то момент она кончала так сильно, что я подумала, будто у неё припадок. Ты ещё и деньги у неё забрал, и надул её миленького парнишку. Ты настоящий мачо."
"...Спасибо?" — прошептал Галвин, чувствуя, как лезвие щекочет его селезёнку. Одно неверное движение — и он истечёт кровью.
"Пойдём со мной."
Галвина провели через таверну в потайную комнату. На стенах висели чёрно-фиолетовые знамёна с золотой вороной — символ фракции принцессы Коррии. В таверне никого не было, кроме коренастого бармена, который делал вид, будто ничего не происходит.
В потайной комнате была дверь, скрытая за книжным шкафом. Шкаф отъехал, и Галвина повели через узкий сад без выходов, кроме одной большой красной двери, ведущей в лестничный пролёт. Лестница вела в коридор, который выводил в другую таверну с таким же безразличным барменом, затем — снова в потайную комнату, ещё один сад и, наконец, в переполненную баню.
Все посетительницы бани были женщинами — разных форм, размеров, цветов кожи и рас. Все голые, парящиеся в горячей воде. Воздух был густым от запаха киски. Галвин бы счёл это место раем, если бы не нож у его спины.
Несмотря на то, что вокруг было с десяток свидетелей, никто даже не взглянул на Галвина или женщину с ножом. Он подумал, не состоят ли они все в каком-то преступном кружке, но, проходя мимо зеркала, он не увидел в нём ни своего отражения, ни отражения своей похитительницы.
"Магия!" — ахнул Галвин. "Ты сделала нас невидимыми!"
"Заткнись!" — прошипела женщина. "Они всё ещё могут нас слышать."
Галвин закрыл рот, но не удержался и начал хватать каждую упругую задницу и грудь, мимо которых проходил. Несколько девушек взвизгнули, но списали это на воображение или шалости подруг. Он, возможно, переборщил, когда ткнул пальцем прямо в киску одной расставившей ноги девушки.
"ОЙ!" — вскрикнула та, хватаясь за промежность.
"Прекрати!" — прошептала женщина с ножом. "Ткнёшь ещё раз — отрежу палец."
Галвин наконец успокоился, и после нескольких поворотов его привели в удалённую комнату на верхнем этаже высокой башни. Окна по всему периметру открывали вид на город. Комната была завалена книгами, свитками, хрустальными шарами и другими предметами, явно принадлежавшими волшебнице. Была одна большая кровать, которая, по чуткому нюху Галвина, никогда не использовалась для секса. Хотя следов спермы на матрасе не было, он чуть не
"1000...и один день"