тупо уставилась на то, как я это делаю, и удивленно заметила:
— Приятно.
— А то, я еще и не так могу! Больше хочу сказать, я готов помочь твоему вопросу, если ты поможешь с моим!
— Это с каким?! - Возбудившись то ли от моих поглаживаний, то ли от открывающихся перспектив, она тяжело задышала и порозовела.
— Галка просила помочь затащить ей в постель Андрея!
Алёна вздрогнула и посмотрела на меня со злостью:
— Какая тогда мне от этого польза? Издеваешься?!
Погоди, не горячись. - Я удержал её руку, которую она попыталась вырвать в запале. Мы не обычная пара, а, что называется, свингеры. Мы да вы. А по опыту таких штук могу ответственно пообещать, что у новеньких от такого срывает крышу! И если его еще и подпоить, то он сам не поймет, как в тебе окажется. Тем более, сравни себя с Галкой, кто ему лучше зайдет?!
Алена поежилась и помолчала.
— То-то же! - Я видел, как слова мои отправились путешествовать по темным закоулкам ее фантазий, и оставил ненамного в покое, разминая разомлевшую ручку. Поглаживая пальцами, я чуть задевал голое бедро соседки, а не получив возмущений вскоре полностью переключился на него, проходя пальцами с внешней стороны вверх и внутрь, забираясь все выше по их влажному теплу.
Дождавшись, пока я доползу до края коротенькой юбки, Алена накрыла мою руку своей и откинула её, тихо прошептав: - Не здесь же!!
Для меня это прозвучало как твердое обещание.
***
Экскурсия не тронула в моей пытливой душе ничего, задев жадной лапой только наш кошелек. Одна была польза - мой заговор с Аленой! Теперь она не чуралась меня, ходила под ручку, принимала знаки, чем вполне соответствовала поведению второй нашей пары. Там Андрей Михайлович, позабыв прожитую жизнь, вернулся в школьные годы и принимал распухшую от жизни Галку за пятнадцатилетнюю нимфетку-девственницу. Такое отношение было похвально, и мною полностью одобрялось. Всё же она у меня - королевна, особенно когда с двух сторон одновременно.
Незнакомый с нашей ситуацией сторонний наблюдатель из Моссада наверняка принял бы наши внезапно сплотившиеся пары за полноценные семейные. А мне это было только на руку. Оставался только последний персонаж, ни сном ни духом не подозревающий о том, что участвует в грандиозном разврате. Но подойти к нему, занятому брачными плясками павлинов было нереально.
Удивительно, как мужчины беспардонны! При живом муже, на его глазах, так кадрить законную жену! Отстав от основной группы, я приобнял Алену, чтобы дать выход накопившемуся возмущению.
— Ты опять? - Заозиралась она в поисках папарацци.
— Нам все равно придётся. Если ты в деле. Зато потом, он навеки твой. -добавилл я ложку мёда. - Лучше немного пофлиртовать, а не сразу в койку. Чтобы ты ко мне привыкла. Представить, что я твой мужчина.
— Ты?! - Взгляд был недоверчивый. - Не могу! – Рассмеялась она.
— Я - новый профессор на вашей кафедре! У меня стажировка в Сорбонне, и два десятка работ в рецензируемых журналах!
— А...- Потянула Алена. - А патенты на изобретение?
— Конечно! Я известный и признанный изобретатель! Только лицензионных отчислений за практическое внедрение каждый месяц невъебенно тыщь!
— Ну.. Тогда наверно смогу представить - хмыкнула она. Болтаешь ты и вправду как профессор!
— Вот и прекрасно, - подытожил я, приобняв женщину и поцеловав её в смиренно подставленную щечку. В этот раз она не высвободилась, и я стал приучать ее к своим рукам еще плотнее.
Поглаживая, нацеловывая и щекотя я постепенно заводил ее все сильнее. Так что в автобусе, видимо, доведенная до кондиции, она поддалась и позволила поцеловать ее. Мгновенье, после чего оттолкнула и воровато
Я скажу, что я с тобой сделаю