– Ты должен найти для меня десять тысяч, – упрямо повторила Анька. – Иначе пойдёшь под суд. Это точно.
– Я пойду под суд, хоть найду для тебя десять тысяч, хоть нет, – буркнул полицейский. – Ты же их не вернешь обратно? И меня посадят за хищение улик.
– Я всё верну к утру, – пообещала девушка.
– Такие девки, как ты, не выигрывают в Покер! – воскликнул Валерий Леонтьевич. – Ты просто всё просрёшь, а я из-за тебя присяду.
– Но так у тебя хотя бы есть шанс, – продолжила уговаривать Анька. – Да и срок поменьше. А если я пойду в полицию и напишу заявление, то ты присядешь надолго! То, что случилось в камере, это изнасилование. Групповое. И ты – организатор. И незаконное содержание под стражей. И ещё я справку у врача купила, что я беременна.
Глаза полицейского округлились от ужаса. Он немножко подумал и сказал:
– Залезай в машину!
Анька тщательно вгляделась в его лицо. Оценив вероятность угрозы, как крайне низкую, она пошла за усатым мужчиной к его автомобилю.
Валерий Леонтьевич действительно привёз её в отделение полиции. То самое, куда он недавно доставлял девушку, когда поймал на железнодорожном мосту.
Они вместе вошли в отделение. Подошли к женщине, которая сидела в будке, похожей на сигаретный киоск.
– Наташ, привет! – поздоровался усатый.
– О, Леонтьич, здорово! Чего это ты на работу припёрся на ночь глядя, в свой законный выходной? Не иначе эта девка тебя всё-таки вызвонила? О, а вот и она!
– Да, тут такое дело, – полицейский замялся. – Сделай по дружбе, а? Я тебя отблагодарю.
– Что такое?
– Дай мне ключи от «склепа». Мне нужно свежие улики посмотреть.
– Сейчас, я только Егорычу позвоню...
– Не нужно никуда звонить. Я должен посмотреть это тайком, понимаешь?
– Не понимаю, – замотала головой Наташа. – Так это не делается, Леонтьич. Мы с тобой вдвоём под суд пойдем, если там вдруг что-то испортится, или, не дай бог, пропадёт. И вообще, там камеры стоят, всё записывается.
– Но видео никто никогда не смотрит, – поморщился полицейский. – Если только что-то случится, а так...
– Знаешь что, – буркнула женщина. – Мне проблемы не нужны. Если тебе нужны, иди куда хочешь, только меня не впутывай. А мне пора в туалет.
Она вышла из своей будки, а дверь запереть «забыла». Дождавшись, пока женщина скроется за поворотом коридора, полицейский открыл дверь, вошёл в «сигаретный киоск» и снял ключ со щитка.
– Жди здесь, – сказал он Аньке и удалился.
Усатый вернулся минут через пятнадцать, а Наташи всё ещё не было на посту. Тогда он повесил ключ на место и кивком головы показал Аньке направляться к выходу.
Они вдвоем вышли из отделения полиции и сели в автомобиль. Валерий Леонтьевич включил двигатель и зажёг свет в салоне. Достал пакет, через который просвечивали стодолларовые купюры.
– Ты совсем дурак? – испугалась Анька. – Возле отделения полиции деньги достаёшь, ещё и свет включил.
– Что-то я захмелел немного, – кивнул усатый и выключил свет. – Вот, здесь почти двенадцать тысяч. Изъяли сегодня у домушника. Он квартиру обчистил.
– Депутата? Бизнесмена?
– Нет, обычного мужика. Человек на машину деньги копил. А когда на дачу уехал... В общем, на, бери! Только верни, иначе мне – конец! А я и тебя с собой на дно утяну, ты не сомневайся.
– Не утянешь, – отмахнулась Анька. – Потому что если ты заговоришь, я тоже заговорю. Получишь вместо пяти лет – двенадцать.
– Не утяну, – со вздохом согласился Валерий Леонтьевич. – Но всё же постарайся не просрать деньги,
На заводе