туалете, – буркнула Аня. – Всё равно это наша последняя ночь здесь. Завтра ты уедешь к своей этой шлюхе, а я... А я уеду под забор, у меня даже на еду денег нет.
– Не прибедняйся, – сказал муж, обернувшись на выходе. – Ты пойдешь жить к своей маме. В ту квартиру, где ты и жила, пока мы с тобой не поженились.
– Ни за что! – заявила девушка и отпила из бутылки. – Лучше я пойду жить к бомжам на вокзал.
Тут же стал звонить телефон. Аня вытащила его из сумочки и посмотрела на экран. Мама.
– Вспомни говно, вот и оно, – процедила сквозь зубы девушка.
– Разве можно так говорить о своей матери? – ужаснулся Олег.
– Иди куда шел! – буркнула Аня и ответила на звонок.
Муж покачал головой и удалился.
– Доченька, что ты так долго не звонишь? – послышалось в трубке.
– Долго не звоню? – возмутилась Аня. – Да я тебе в четыре часа звонила, а сейчас восемь.
– Звони мне почаще, – попросила мама. – Я же старая женщина, умереть могу в любой момент...
– Мама, тебе сорок семь лет! Женщины в таком возрасте не умирают.
– Но я больна! – возразила мать. – У меня суставы ломит и сердце как-то подозрительно стучит. И ещё мне одиноко. Я постоянно одна! Ты можешь приезжать ко мне хотя бы через день?
– Мама! Но у меня бизнес, семья, куча дел! Мне больше делать нечего, как ездить к тебе на другой конец Хрюпинска, ещё и через день? У меня даже машины нет. Мне с пересадкой полтора часа добираться!
– Эх ты, только о себе и думаешь, – стала отчитывать её мама. – Я тебе в детстве песни колыбельные пела, лапшу с молочком варила...
– Хватит! – рявкнула девушка. – Я не хочу больше этого слушать! Что теперь мне сделать, раз ты мне лапшу варила? Нянькой твой стать? Ты молодая ещё, заведи себе мужика, пусть он тебя и нянчит!
– Да какой же мужчина посмотрит на такую старую женщину, как я... У меня морщины, второй подбородок уже начал появляться. А под глазами по утрам бывают отеки...
– В голове у тебя отеки, и больше нигде, – буркнула Аня. – Ты красивая женщина. Посмотри, как дворник постоянно на твои сиськи пялится?
– Аркадий? Зачем мне этот алкаш? – возмутилась мать.
– Да при чём тут зачем... Я просто говорю, что ты красивая женщина, на тебя мужики только так засматриваются!
– И что мне теперь, цепляться к этим мужикам? Домой их к себе звать, что ли? Я – женщина воспитанная, к мужчинам первой приставать не стану. А ко мне тоже никто не подходит знакомиться, потому что возраст. Мужики молодых хотят, понятно тебе? Вот я одна и сижу. С тех пор как отец твой, паршивец эдакий...
– Ой, одно и то же десять лет уже слушаю, – буркнула Аня. – Что в тридцать семь, что в сорок семь ты считаешь себя старухой и постоянно ноешь...
– Что-то ты сегодня в плохом настроении, – заметила мама. – Ещё хуже, чем обычно. Кричишь на меня, ругаешься... У тебя что-то случилось? И язык у тебя заплетается. Ты пьяная, что ли? Алкоголь пить нельзя, он вреден для сердца. И для суставов тоже...
– Нормально у меня всё с сердцем! – рассердилась Аня, которой сейчас вообще не хотелось выслушивать ни нытьё, ни мамины советы.
– А чтобы и дальше сердце хорошо работало, ты вот что сделай, – сказала женщина. – Возьми пятьдесят граммов шиповника, добавь сушенной крапивы...
Наркоманка!