Девушка по-прежнему была в сладком забытье. Я начал ласковые, нежные фрикции. Влагалище было все еще влажным от наших соков. Теперь я взбалтывал и перемешивал этот сладостный коктейль, собираясь добавить туда еще порцию. Она испытала оргазм, даже не проснувшись. Я это понял по ее стону и судорожным сокращениям мышц влагалища. Когда я, не спеша, достиг вершины, она открыла глаза и кончила второй раз. Потом она вылизывала мой член, высасывая из него последние, задержавшиеся капли спермы. Еще через полчаса любовных игр и ласк я кончил ей в рот.
Под утро, полностью разбитый, я вернулся на дежурство.
Конечно, в конце праздника мы приняли вместе душ, в котором я ее еще раз отымел во все места - мокрую, скользкую, всю в мыле...
Благополучно проспав за своей конторкой до конца смены, я, в девять вечера, отправился домой.
Все пошло по-старому.
Только теперь почти каждый день в мою маленькую квартирку приезжала Эстер, и мы с ней еблись до посинения. Ее муж об этом даже не догадывался.
Между тем, она забеременела...
Как она сказала, Эрез был очень удивлен - он ведь никода не имел ее без кондома. Она открутилась, заявив, что "и на старуху бывает проруха" - мол "в гандоне дырочка была". Ровно через девять месяцев после той ночи, у нас родился мальчик. Мы назвали его Хаимом. Эрез был не против...
А потом они развелись.
Без шума и пыли.
Сейчас у меня в моей маленькой съемной квартире жена и двое сыновей - Эреза и мой.
А экзамены Эстер сдала успешно - я ей помог с математикой, да и вообще, она оказалась большой умницей.
Однажды, утомленная моими ласками, она спросила меня:
— Ну, и как же это все согласуется с твоей совестью?
— Что?
— Ты спишь с замужней женщиной, заделываешь ей ребенка... Хорошо, что еще никто не узнал, что он мамзер...
— Пушкин занимался тем же, - парировал я.
— Ну, ты не Пушкин! - улыбнулась Эстер. - Хотя мне твои стихи нравятся больше.
— Вот видишь...
— И все-таки? Как там твоя совесть себя чувствует?
— Я не святой, Эстер. К тому же, Бог - это не только совесть, но и любовь...
— Я тоже верю в любовь! - сказала девушка и поцеловала меня. Через минуту, она уже вовсю доказывала мне, как меня любит.
Так выпьем, же, друзья, за горячих восточных женщин!
Так бывает.