это у неё не сразу получилось. Очевидно, силы её на время покинули, потому что она дрожала и судорожно пыталась приподнять свои лодыжки, расставленные по краям скамьи. Ноги бесстыдницы слегка приподнимались и тут же бессильно опускались. Вагина Марины тоже слегка сокращалась, но на фоне подскакивающих её ног это было особенно заметно. Она никак не могла поднять, сжать ноги и хотя бы улечься на бок, чтобы не бросалось в глаза её необычное поведение.
Естественно, такие телодвижения тети не могли не привлечь внимание окружающих. Хорошо, хоть она сдерживалась и не стонала. Иначе бы вся женская половина бани сбежалась бы поглазеть на находящуюся в экстазе тёлку. А так вокруг нас собралось порядка десяти женщин, которые находились рядом, и с любопытством наблюдали кончину Марины и её раскоряченные оргазмирующие гениталии. Наконец её конвульсии прошли, и она так и осталась лежать распластанной на скамье не в силах встать.
Я думала, тётки в бане начнут возмущаться развратному поведению Марины. Но оказалось всё иначе. Некоторые женщины смотрели на это безразлично, некоторые с нескрываемым любопытством, некоторые с похотью. А пару женщин даже стали незаметно тереть рукой свои щелки. Кстати, они были приблизительно одного возраста с Мариной. Но никто не орал истошно и не обзывал тётю развратницей. Может потому, что среди наблюдавших оргазм тёти не было ни одной старухи.
Я тоже немного притормозила и тупо пялилась на распахнутые оргазмирующие гениталии Марины. Наконец, включила свои мозги, перекинула одну ее ногу через скамью, приподняла за талию и, поддерживая, повела её в парилку. Там было жарко, душно и непроглядно от плотного пара. Мы уселись на самой нижней сидушке и Марина откинулась на спинку, приходя в себя. После всего пережитого в течение дня и при людного самоублажения Марины, мои эмоции зашкаливали. Внизу живота всё ужасно ныло и до безумия хотелось кончить. Мозг плавился от нестерпимой жары и духоты. Мне было наплевать на всех. Да и в банном тумане моё рукоблудство сложно было бы заметить. Поэтому я без стеснения развела свои ноги и стала усердно массировать свой изнывающий клитор. Мне хватило и минуты. Я затряслась в долгожданном оргазме, плотно сжала свои ноги, но пальчик с любовного бугорка не убрала, желая продлить блаженство.
В эйфории я пробыла чуть более минуты, пока не услышала рядом чей-то грубый возглас: «Сегодня совсем с ума посходили все бабы. Дрочат и кончают у всех на глазах. Чи мужиков у них нет? Или лесбиянки?». Я повернулась и увидела рядом двух женщин средних лет, усаживающихся на соседнюю полку. Они прекрасно рассмотрели, чем я только что занималась. Кстати, и оклемавшаяся Марина с любопытством наблюдала за моей мастурбацией. Да и еще одна тетка, сидящая чуть поодаль, тоже внимательно смотрела на меня. Сейчас я чувствовала себя не комфортно, потому что проявила свою плотскую несдержанность на глазах у совершенно посторонних людей.
Я быстро поднялась и, потянув за собой Марину, направилась к выходу из парилки. В помывочной мы быстро принялись душ и поспешили покинуть баню. В раздевалке я неожиданно не обнаружила своей джинсовой юбки. Она была очень модная по тем временам и стоила бешеных денег. Мне её подарила мама, когда я успешно сдала экзамены в институт. Я была в отчаянии от утраты дорогой вещи и от неприятной ситуации, в которой я оказалась. Трусов ни у меня, ни у Марины не было. А как мне добираться до дому без юбки и трусов? Обернутой полотенцем? Это значит привлечь к себе повышенное внимание. Так по городу никто не ходит. Марина предложила тоже спереть какую-нибудь юбку и в
Мои преключения3. Нежданчик.