Светкиных мест. Вспомнив некстати канувшую в Лету Кузнецову, Светка вздрогнула и, удобнее оттопырив попку, раздвинула ноги шире, чтобы Вере было проще лезть туда, куда она лезла всеми пальчиками обеих пронырливых рук.
— А ты меня? – дышала Вера. – Поласкаешь? Я люблю, когда палец в попе... Вот так, да. И можно поглубже…
Последние слова звучали невнятно, потому что она губами захватила сосок Светкиной груди и нежно всосала его. Одна рука её угнездилась в паху у Светки, быстрые пальцы играли с клитором, скользким от возбуждения, охватившего Светку. Другой, похлопывая и пощипывая ягодицы, Вера щупала маленький, плотно сжатый анус, который Светка пыталась расслабить, но не могла. Ей, как всегда, требовалось время.
— Ой, Вер! – спохватилась Светка, когда почувствовала, как гибкий и скользкий Верин палец проникает далеко вглубь её попы, - у меня, наверное, попа грязная...
— Ты чо? – удивилась брюнетка, - Ты во мне, я в тебе... Остальное нещитово… Забудь!
— Активнее. девочки! Активнее! – «медичка» помахивала фаллосом, наслаждаясь устроенным ею бедламом. Кругом неё девичьи тела извивались, сплетаясь, тёрлись животами, руками и ногами… Раздавались громкие стоны.
— Вы, парочка! Вы мне нравитесь! И вы! Вот тоже. А вы – брысь отседова! Нечего филонить! – властно распоряжалась «медичка», похаживая между ласкающихся пар. – Отстраняю от соревнований!
Отстранённая пара ошеломлённо выслушала приговор и, понурившись, побрела к выходу – голышом, в запале позабыв и номерки с ляжек содрать, и вообще забрать одежду из шкафчика.
Оставшиеся девушки, опасаясь попасть в отверженные за подобную пассивность, утроили ярость своих ласк. Чего хитрая «медичка» и добивалась. Догнав в коридоре уходящую пару, она милостиво объявила им прощение. Обе девушки вприпрыжку бросились обратно и, влетев в самую гущу тел, принялись ласкаться – и, наученные горьким опытом, больше не «филонили».
С начала до конца...