свою попу. Внутрь он вошёл невероятно легко, мой сфинктер даже не пытался сопротивляться. Почти сразу же мой палец наткнулся на какую-ту жидкую субстанцию. Вытаскивая палец назад, я надеялась, что это просто попавшее внутрь моей кишки масло, но нет... Оказалось, в мою задницу спустил мой же родной сын!
Пока я лежала в оцепенении, послышались приближающие шаги. Сашка нёс полный стакан воды.
Я вытерла об полотенце свой палец и перевела взгляд на сына, который мгновение назад перешагнул через дверной проём. Он протягивал мне стакан, при этом находясь до сих пор полностью голым! Когда я только открыла глаза, то не обратила на это внимания. Как и на то, что и я сама лежу без одежды на кровати и даже не думаю ничем прикрываться, давая Сашке возможность рассматривать меня обнажённой в ярко освещённой комнате.
Для того, чтобы как-то скрыть свою взволнованность, я быстренько взяла стакан воды из руки сына и стала из него неспеша пить, закрывая им же большую часть своего лица. Пока пила, я раздумывала про свои дальнейшие шаги. По-хорошему, мне надо как можно скорее одеться, но есть проблема — большая часть моего тела до сих пор была в масле! Несмотря на моё периодическое ёрзанье по полотенцу, что лежало подо мной, оно слабо помогало избавлению от масла, поэтому надо было идти в ванную.
Выпив всё до дна, я убрала стакан в сторону. Сашка же в это время разглядывал мою грудь, так как промежность прикрывали мои плотно сжатые ноги. Стыд всё больше меня накрывал и я впопыхах соображала, как мне достойно выйти из этой ситуации. Те два полотенца, которые прикрывали меня на массаже, куда-то испарились. Я даже нигде не видела своё бельё. А сын всё продолжал на меня пялиться, проветривая своё достоинство между ног и лишь слегка прикрывая его левой рукой.
Дойдя до определённой точки накала, в моей голове вдруг что-то щёлкнуло. Мне начал казаться абсурдным тот факт, что после того, как Сашка поимел меня в зад, я всё ещё опасалась негативных последствий от созерцания сыном моего голого тела. К тому же, Сашка ведь сам не соизволил натянуть на себя хотя бы жалкие трусы, так почему я должна переживать за свой непотребный вид? Если сын полностью забил на все правила приличия, то пусть наслаждается итогами своих же действий. И если он хочет позырить на меня, пока я нахожусь голышом, то пусть смотрит, нахал. Я умываю руки.
Эти умозаключения помогли мне немного успокоиться и я стала подниматься с кровати. Сидя на краешке, я перевела взгляд на Сашку. Нельзя сказать, что он выглядел растерянным, но и уверенным его вид никак не назовёшь. Скорее, сын ждал моей реакции на произошедшее. Я же, в свою очередь, решила ещё какое-то время подержать его в состоянии неопределённости, чтобы жизнь ему мёдом не казалась. Поэтому темы с массажем я хотела затрагивать лишь поверхностно.
— Ужас, голова до сих пор кружится...
— Может тебе таблетку от головы принести?
— А ты знаешь какую именно надо?
— Нуу...
Что ж, похоже мне представилась отличная возможность исполнить роль мамы с помутнённым сознанием. Пускай, на самом деле после стакана воды мне стало уже куда лучше, но я не горела желанием показывать это Сашке. Сославшись на больную голову, мне будет намного легче игнорировать факт, что мы с сыном сейчас оба голые. Также это открывает мне огромный простор для различных действий и некую безнаказанность, так как в случае чего у меня будет возможность отыграть всё назад. Ведь мало ли, что я могла натворить, пока была не совсем в
Продолжение собачьей свадьбы.