тебя еще никогда не трахали. Я вытащу трюки, которые не использовала годами, такое, что мне даже не нравится, но от чего твои яйца взорвутся таким количеством спермы, что она затопит лаву в этой горе. Я буду трахать тебя так сильно, что это вызовет землетрясения. Я сделаю твой член тверже алмаза, отсосу его мокрее слизня, а потом выжму его суше пустыни. Наш секс будет эпическим, откровенным, и когда я закончу, ты не сможешь отличить Рубин Роханнии от собственного дерьма».
Король был возбужден до немоты угрожающим, почти насильственным флиртом Нади. Его одеяния теперь выпирали на фут вперед от пояса, поддерживаемые чем-то, что было толще ноги Нади. Он тяжело дышал и потел, его рельефные мышцы сверкали, как живая бронза. Было неясно, случится у него сердечный приступ или оргазм, но, тем не менее, он, казалось, все еще сопротивлялся Наде Неотразимой.
Надя почувствовала это и коварно улыбнулась, осенившая идеей. «И я позволю тебе трахнуть мою ученицу».
Король повернулся и впервые обратил внимание на Лили. Как только маленькая девочка осознала, что происходит, она пискнула и задрожала. Лили даже не была уверена, нравится ли ей секс, учитывая, что до сих пор он у нее ассоциировался только с насилием, но уж точно ей не нравилась мысль о том, что ее тугую маленькую киску разорвет пополам колоссальный столб плоти, скрывающийся под королевскими одеждами. Он, может, и был дварфом, но по сравнению с ним именно она казалась крошечной.
Король Заррик задумался. «Я сломаю ее, знаешь. Разорву пополам».
Надя пожала плечами. «Давай. Маленькая сучка этого заслуживает».
Лола