на мысли: я выгляжу… красиво. Гладкая кожа, лёгкий румянец, очертания фигуры, которые я раньше не замечала. Это новое чувство — ощущение своей привлекательности — было пугающим, но манящим.
— Стоп! — прошептала я вслух, отрываясь от зеркала.
Выдохнув, я направилась в свою комнату, где надеялась наконец вернуть себе контроль. Но даже в этих стенах мысли о парке, о Вике, о том, что я чувствовала, продолжали следовать за мной, словно тени, которые я не могла прогнать.
"Душ, " — мелькнула мысль. — "Мне нужен холодный душ. Это поможет мне привести мысли в порядок."
Проходя по коридору, я быстро скидывала одежду, как будто стараясь сбросить с себя все те ощущения, что оставил на мне этот день. Блузка, брюки, бельё — всё летело на пол в спешке. Я почти ворвалась в ванную, захлопнув за собой дверь, словно закрывая её не только от внешнего мира, но и от собственных мыслей.
Открыв кран, я почувствовала, как ледяные капли обрушиваются на моё тело, заставляя мышцы вздрогнуть и напрячься от холода. Это было больно и приятно одновременно. Вода, струящаяся по моим плечам и спине, медленно смывала физические следы прошедшего дня, а вместе с ними — накал эмоций и те образы, что крутились в голове.
Мои волосы, прямые и гладкие, постепенно намокли, превращаясь в тяжёлые нити, прилипшие к коже. Прохладные капли стекали вниз, обтекая ключицы, грудь, лёгкой струйкой пробегая по плоскому животу и обнимая бедра. Я взглянула вниз на своё тело, освещённое мягким светом ванной. Гладкая кожа блестела под струями воды, а холодная свежесть заставляла соски на маленькой груди напрячься, вызывая во мне новый укол смущения.
Моё дыхание постепенно становилось ровнее, а разум — чище. Но даже теперь, когда вода пыталась смыть воспоминания, две сущности внутри меня не сдавались.
— Ну что, теперь чувствуешь себя лучше? — язвительно заметила развратная часть меня. — Ты ведь сама наслаждалась. Признай это. Зачем притворяться?
— Зато теперь можно всем рассказать, как ты не смогла удержаться, — подхватила стыдливая часть. — Ты же чуть не…
— Да хватит! — перебила я их вслух, опираясь руками на стену душевой кабины. Моё тело вздрогнуло от этого всплеска эмоций, но мне уже надоело слушать этот спор у себя в голове.
— Знаешь, что самое обидное? — развратная часть говорила уже тише, почти обиженно. — Ты могла бы пойти дальше. Я не говорю про секс. Этого мы все же не допустили бы, но оральные ласки вполне. Почувствовать его язык там, где нас ласкала Лайна и самой поласкать его член ртом. Это было бы прекрасно. А теперь ты осталась одна, под холодной водой, и думаешь, что это спасёт.
Её голос стих, будто растворившись в шуме воды. Я почувствовала странное облегчение, но стыдливая часть, конечно же, осталась, неожиданно согласившись с развратной.
— Всё равно ты уже не та, что раньше, — проговорила она тише. — Но… всё же это было приятно.
Эти слова задели меня больше, чем я ожидала. Я почувствовала, как в последний раз мои щеки вспыхнули, даже несмотря на холод воды, стекающей по лицу.
Я выдохнула, закрыв глаза, и сосредоточилась на ощущениях. Прохлада воды, касающаяся разгорячённых щёк и шеи, напоминала, что всё ещё под контролем. Она стекает вдоль позвоночника, обнимая моё тело, заставляя мышцы расслабляться, а в паху исчезало то тягучее ощущение неудовлетворения, которое не отпускало меня до этого момента.
Под водой я стояла, чувствуя, как напряжение окончательно покидает меня. Я ещё раз глубоко вздохнула, позволив себе расслабиться.
— Это просто день, — наконец сказала я себе. — Он закончился. Завтра всё будет
так невинно