не смутившись ни на секунду, уверенной походкой прошлась к доске, и я услышал, как кто-то из парней сзади тихо присвистнул. Её лосины-колготки обтягивали не только бёдра и киску, но и попку — упругие, спортивные ягодицы слегка покачивались в такт её шагам. Ткань так плотно прилегала к телу, что два идеально округлых полушария выделялись отдельно, будто подчёркнутые невидимым контуром. Повернувшись спиной к классу, она принялась решать уравнение, а мел в её руке двигался так же уверенно, как она сама.
Момент был слишком хорош, чтобы его упустить. Сидя на первой парте, я незаметно вытащил смартфон, включил камеру и начал снимать, стараясь не привлекать внимания. Юлька у доски выглядела как героиня какого-то смелого фильма — дерзкая, уверенная, абсолютно не заботящаяся о том, что подумают другие.
Когда она стояла у доски, спиной к классу, её поза была расслабленной, но в то же время выверенной, как у танцовщицы. Лосины подчёркивали не только её попку, но и тонкую талию, которая плавно переходила в бёдра — идеальные пропорции, выточенные часами в спортзале. Её ягодицы, упругие и подтянутые, казались почти нереальными в своей симметрии, и тонкая ткань только усиливала этот эффект, обтягивая их так, что между ними образовывалась лёгкая ложбинка, заметная даже с расстояния. Она слегка наклонилась, чтобы написать что-то внизу доски, и ткань натянулась ещё сильнее. Кто-то из парней закашлялся, пытаясь скрыть неловкость, а я поймал себя на том, что снова отвожу взгляд, чувствуя, как пульс учащается.
Мариванна, щурясь через свои толстые очки, явно не замечала всей этой провокации. Её голос, скрипучий и слегка дрожащий, прервал тишину:
— Юля, ты правильно решила, но пиши разборчивее, я ничего не вижу!
Юлька обернулась, бросив на неё лёгкий насмешливый взгляд, и ответила с едва уловимой иронией:
— Конечно, Мария Ивановна, сейчас исправлю.
Она снова повернулась к доске, и её движения были такими плавными, такими уверенными, что казалось, будто она не просто решает уравнение, а исполняет какой-то завораживающий танец. Класс затаил дыхание, и даже Лена, сидевшая в первом ряду, не могла отвести глаз, хотя её щёки порозовели от смеси восхищения и смущения.
Юлька вернулась на своё место, небрежно бросив мел на стол преподавательницы, и села, закинув ногу на ногу. Лосины еще больше натянулись на её бёдрах, и она, заметив мой взгляд, подмигнула — быстро, почти незаметно, но с такой искрой, что я почувствовал, как жар пробежал по спине.
Пока я снимал видео, и после, уже придя домой, в голове крутился вихрь мыслей. Почему она пришла в колледж в таком виде? Нет, это не может быть случайностью. Юлька не могла не понимать, как это выглядит. У неё отличное зрение, и дома у неё точно есть зеркало. Она выбрала этот наряд сознательно. И, судя по её уверенности, ей это нравилось. И её любовь к обтягивающим лосинам — это не просто стиль, а способ... показать себя, если угодно. Способ быть одетой и одновременно как-бы обнажённой на глазах у всех... Ловить взгляды, купаться во внимании. Ведь ее лосины всегда были максимально обтягивающими, как вторая кожа. А её худи и футболки всегда были чуть короче, чем у других, открывая не только ноги, но и... то что выше. Бедра... ягодицы... низ живота... Всё это определенно было частью её игры. Игры, где одежда становится почти иллюзией, а взгляды — её наградой.
Почему это было для меня так важно? Дело в том, что я... сам такой. У меня есть такое тайное увлечение, тайная страсть... Мне тоже нравится ощущать себя на виду, выбирать вещи, которые подчёркивают тело, дают почувствовать себя
приключения "таксита по неволе"