потом, слово за слово – общение стало ярче, чаще, откровеннее. И вот, в один будний майский вечер, когда жена с дочей удачно собрались на недельку проведать тещу в деревне – мы наконец-то встретились.
Ах эти невинные посиделки в летних кафе... Как часто они завершались раскидистыми рогами у кого-то... Вот и сейчас, после пары чашек зеленого чая с Маришкиными любимыми пирожными, мы уходили дальше в глубь парка, где никто не обратит внимание на то, как жадно целуются парень и девушка с кольцами на пальцах.
И куда только делась скромница-недавалка... Она сама жадно проникала языком при поцелуях, подставляя моим жадным рукам свои прелести и, в свою очередь, чуть ли не в одно движение распускают мне ремень и, разобравшись с молнией, ныряет ладошкой к уже стоящему члену.... Ее же топик задран и я наконец-то ловлю эти задорно торчащие соски губами и руками. Некоторое время мы возимся, как два девственника, пытаясь и приласкать друг друга, и не завязаться в морской узел. В результате же я откидываюсь на скамейке, а она седлает сверху.
Мои джинсы болтаются где-то в районе колен, ее юбочка задрана, трусики сдвинуты и Марина, с каким-то прям кошачье-похотливым мявком насаживается на член. Сразу, до упора, с каким-то ожесточением будто идет в бой... Даже почти не помогаю ей движениями бедер – все сама, сама... Искупает все свои отказы тогда, не иначе. Это было просто упоительно, сладко, страстно, улетно.
Вот я все же беру инициативу и ее пятую точку в свои руки, задавая еще более жесткий ритм. Бедрами поддаю, дабы войти на всю глубину, засадить, наполнить собой эту умопомрачительно красивую в своей похоти девушку. Пальцы впились в маленькую, но такую желанную попку, наши губы нашли друг друга, отрываясь лишь на жадный вдох. Наслаждение захватывает нас, острое, ярко-жгучее. Не самая удобная поза и потрепанная скамейка только подчеркивают, дают контраст между несовершенством мира и упоительностью нашего чувства. Маришка все сильнее и сильнее прижимается ко мне и вот, пара фрикций – и я ощущаю эти волшебные волны, когда мышцы ее лона нежно, но плотно обнимают мой член. Партнерша со вздохом-стоном растекается по мне, ну а я – дав ей насладиться моментом – разгоняюсь еще сильнее, сильнее и жестче всаживая в эту прекрасную, желанную до сих пор сучку, что так сильно меня обламывала когда-то... Эти мысли, сам кайф от обладания красавицей, набранный темп – все привело к ярчайшему оргазму. Предохраняться? Выйти? Нет, я всадил на всю длину и выплеснул в нее, в эти мокрые и ждущие глубины. С полминуты мы оставались в неподвижности, потом я вышел из нее движением бедер, она же раскрыла свои потрясающие глаза и спросила: «В меня кончил?» – я кивнул. «Ну ты козеееел!» – это б было бы оскорбительно, не закончи она свою фразу поцелуем. Я в ответ прижал ее к себе и мы вновь утонули друг в друге.
Это бы продолжалось еще долго, но тут рядом с нашей «скамейкой любви» нарисовалась классическая безумная бабка, которой есть дело до «пристойности» и вообще «детижесмотрють!» и не важно, что сейчас уже добрые одиннадцать вечера... Сей персонаж начала изливать на нас все свое негодование, мол бесстыжие сосутся.... Впрочем, бедная замокла на полуслове, когда Маришка встала с меня и стало ясно, что она обнажена спереди и мы явно трахались. Она, бедолага, даже не прореагировала на мое бодрое «Добрый вечер, бабушка!», так стояла в ступоре, пока мы спешно приводили себя в порядок и «растворялись в сумерках».
Разумеется, мы не могли после этого просто расстаться. Мы
Субботный вечер