Едва первые удары молотка застучали о крышку гроба, Юля в ужасе громко закричала.
— Умолкни, моя сосюля. Криком ты точно не спасёшься.
Голос лепрекона звучал на удивление спокойно.
Сверху послышались глухие удары падающих комьев земли. Цыгане закапывали их общую могилу.
В гробу было тесно, поэтому девушке и карлику пришлось улечься на боку лицом друг другу. Лепрекон тут же уткнул морду в пышный бюст толстушки, от чего та невольно вздрогнула.
— Лубдан, мне страшно...неужели это все наяву происходит...за что они так с нами...
Горячее порывистое дыхание в декольте, казалось только усиливало дрожь, бьющую тело блондинки.
— Дыши глубоко, сосочка, ещё не всё потеряно. Во всяком случае для тебя. Ты же не потеряла моей заначки?
— Какая ещё заначка?
Блондинка с трудом давила в себе истерику. Тщетно пытаясь сосредоточиться на глубоком дыхании.
— Мой перстень, дура. Который я сунул тебе в твою растраханную жопную дырку!
Девушка ощутила цепкие пальцы у себя за спиной. Лепрекон по хозяйски небрежно начал мять ее пышные ягодицы. Словно они лежали не заколоченные в гробу а где то в ее спальне.
Гном неожиданно легко извлёк пробку-хвост. Юля даже охнуть не успела.
— Нет...твой перстень и сейчас во мне. Я его хорошо чувствую.
— Отлично! Достань его. Это ключ к спасению!
Блондинка невольно сжалась, ощутив как твердый палец, увенчанный когтем попытался проникнуть в нее с черного входа.
— Эм...это не так просто. Ты слишком глубоко его затрамбовал... Не получается так легко. Не торопись...
Девушка поморщилась в темноте, прислушиваясь к ощущениям в заднем проходе.
— И вообще. Сперва мы должны кое что выяснить.
Толстушка попыталась отстраниться, насколько это было возможно в тесноте деревянной темницы.
— Клянусь каменным небом подземного мира, вы, бабы, неизменны! Даже лёжа в гробу ты умудряешься заниматься ерундой!
Лепрекон приподнял голову. В отличие от своей избранницы он отлично видел в темноте. И не смотря на тяжесть ситуации не мог не забавляться той буре эмоций, что выражались на ее лице.
Девушка поерзала, умащиваясь удобнее. Согнутую в локте руку подтянула себе под голову вместо подушки.
— Скажи, это правда что я должна умереть, для того чтоб ты завершил свои черные делишки.
— Да ты итак умрёшь через несколько часов от нехватки воздуха, дура сисястая. К чему эти расспросы?!
Лапы лепрекона нагло разгулялась по пышному телу девицы.
— Старая цыганка мне сказала, что те девушки которых кхм, портят, лепреконы, умирают в страшных мучениях...
Юля не могла и не хотела одернуть наглого коротышку. Его прикосновения странным образом успокаивали. Заставляли ее тело инстинктивно реагировать.
— Старая карга многое успела наговорить а ещё больше сделать. Я недооценил ее стремления забрать мое золото! Нет и никогда не было ничего важнее кроме золота! Но я его никому никогда не отдам!
Карлик с неожиданной грубостью смял ягодицу девушки.
Та невольно всхлипнула.
— Ты только и говоришь что о своем богатстве. Да кому оно нужно! Мы никогда не выберется отсюда, но кроме золота тебя по прежнему ничего не беспокоит! Ты уродливый, жадный и никчёмный карлик!
— Заткнись уже! Золото никуда не денется. Оно надёжно спрятано! Меня больше волнует что тут слишком узко. А тебя нужно как следует трахнуть, чтоб вернулась на свое место. У меня почти не осталось сил на колдовство. Литая сталь и четырехлистник на крышке блокируют мои способности. Но это не значит что мы не получим желаемого!
— О боже мой, Лубдан! Как вообще ты можешь думать про секс? В гробу, полуживой... Это же треш. Идиотизм какой то... Тебе самому помощь нужна...
— Тупая смертная сосалка! Моя магия основана на эротизме. И она древняя как сама земля! Я же не виноват что издревле символом плодородия являлся мужской фаллос!
Тебе это понравилось?