Белль вздохнула, в ее голосе прозвучали нотки сожаления, которые застали меня врасплох, учитывая, какой жизнерадостной она была пять секунд назад.
Я посмотрел вниз и увидел, что она погрузилась в раздумья, и прижал ее к себе, чтобы разбудить, одновременно спрашивая:
— Эй, что случилось?
— Хм? Ничего. Ничего не случилось.
Я изогнул бровь и молча смотрел на нее, ожидая, что она расколется.
Три, два, один...
— Ладно, может быть, это не пустяк. Может быть, я немного завидую, что она может быть твоей девушкой, а я нет.
Я дважды моргнула и нахмурилась.
— Подожди, что?
Белль сгримасничала, нахмурилась и, наконец, покачала головой. Не говоря больше ни слова, она выскользнула из моих объятий на пол передо мной и начала стягивать с меня спортивные шорты.
— Эй, подожди, — перебил я, хватаясь за пояс и не давая ей стянуть их. — Что ты делаешь?
Она уставилась на меня так, словно я был самой тупым бычком на Земле.
— Как ВЫГЛЯДИТ то, что я делаю?
— Похоже, что ты пытаешься сделать мне минет, чтобы отвлечь меня от того факта, что ты не хочешь говорить о том, что ревнуешь меня к Ниви.
Белль поджала губы и вздохнула, уставившись на мою промежность, но на самом деле не глядя на нее. Она откинулась на пятки, ее плечи обвисли, и, сделав глубокий вдох, она подняла на меня глаза с влагой в бледно-зеленых глазах. И тихим голосом пробормотала:
— Это я должна была быть твоей девушкой.
Я покачал головой.
— Я думал, ты не...
— Нет, — вмешалась она.
— Это же ты свела меня с Ниви.
— Да, — согласилась она.
— Тогда что?
Белль вздохнула.
— Я люблю своих подруг, правда люблю. Мне нравится видеть их счастливыми и довольными. Мне нравится, что никому из них не приходится беспокоиться о том, что все это эмоциональные трудности, связанные со свиданиями, и не приходится пускать слухи о том, каким мальчикам они нравятся, и какие мальчики нравятся им, как многим другим старшеклассницам. И я люблю... Я имею в виду ЛЮБЛЮ смотреть, как ты выебываешь из них все дерьмо.
Я приподнял бровь.
Белль ухмыльнулась и пробормотала:
— Я знаю, знаю, ты чувствуешь — "но".
Я молча пожал плечами.
Она снова вздохнула. Сложив руки на коленях, она положила на них подбородок, а затем откинула голову на одну щеку.
— В каком-то смысле с прошлого года ничего не изменилось. Я все так же просыпаюсь ночью в постели и ласкаю себя пальцами, мечтая, чтобы ты был рядом со мной.
— Сегодня ночью я БУДУ рядом с тобой, — заметил я. — Ни у кого больше нет возможности постоянно ночевать со мной, как бы им этого ни хотелось.
— И мне это очень НРАВИТЬСЯ. И все же... — Она на мгновение подняла на меня глаза, но теперь снова вздохнула и положила щеку на руки. — Если бы я сказала папе, что я твоя девушка, он бы, наверное, разрешил мне спать здесь каждую ночь. То есть, он не был бы рад этому, но и не стал бы меня останавливать.
Я думал о том, что КАЖДУЮ ночь мог бы обнимать свою маленькую Аннабелль в своей постели. Я думал о том, что мог бы чувствовать ее теплое тело рядом со своим КАЖДУЮ ночь, а не только два раза в неделю. Конечно, тело Мари было лучше создано для объятий, но я не испытывал к ней тех же чувств, что к Белль. И, вздохнув, я тихо сказал:
— Я бы тоже этого хотел.
Медленно выдохнув, Белль поднялась с пола и забралась ко мне на колени. Обхватив мою голову руками,
РАБЫНЯ ПОНЕВОЛЕ