секс, секс! Завтра выходной и наконец-то можно расслабиться.
Я стояла перед зеркалом, разглядывая себя. Больше не буду провоцировать Макса. Открыла шкаф, пальцы прошлись по вешалкам, остановилась на длинном платье — тёмно-синем, броском, без вырезов, с рукавами до локтей. Ткань струилась, мягко обхватывала тело, подол доходил до щиколоток, скрывая ноги. Надела платье через голову — оно скользнуло по коже, село ровно, подчеркнув талию, но не грудь, не попу, ничего лишнего. Надела чёрные балетки, волосы оставила распущенными, волнами, чуть тронула губы блеском — минимум, чтобы смотрелось естественно. Посмотрела в зеркало — красиво, но строго, как я и хотела. Часы показывали 16:20, пора выходить.
Взяла сумку, телефон, вышла в коридор — Максим уже ждал у двери, ключ в руке. На нём были тёмные брюки, прямые, не обтягивающие, чёрная футболка с короткими рукавами, сверху лёгкая серая куртка, расстёгнутая. Кроссовки белые, чуть потёртые — выглядел просто, но аккуратно, как всегда. Он улыбнулся:
— Мам, готова? Такси уже внизу.
— Да, идём, — ответила я, голос спокойный, натянула лёгкий плащ, и мы спустились.
Такси ждало у подъезда — жёлтое, с запахом освежителя внутри, водитель молчал, радио тихо играло попсу. Мы сели сзади, он у окна, я рядом, между нами пара сантиметров. Молчали всю дорогу — мотор гудел, машины мелькали за стеклом, я смотрела вперёд, чувствуя его тепло рядом, но не поворачивалась. Тишина была не тяжёлой, но странной — после вчера, после всего, что он видел, слова будто застряли у нас обоих. Кинотеатр был недалеко, минут пятнадцать езды, мы вышли, он расплатился, я поправила платье, ветер чуть шевельнул подол.
В фойе пахло попкорном и сладкой газировкой, гудели голоса, люди толпились у касс. Максим подошёл к стойке, взял большое ведёрко попкорна — солёный, хрустящий, запах ударил в нос, — и две колы в пластиковых стаканах со льдом.
— Держи, — сказал он, протянув мне стакан, я взяла, пальцы коснулись его на миг, холод пробрал кожу.
Мы дождались сеанса у входа в зал — минут десять, он листал что-то в телефоне, я смотрела на афишу: "Тень в окне", тёмный фон, женщина в окне, жутковато. Зазвонил сигнал, двери открылись, мы вошли. Максим шёл впереди, билеты в руке, повёл меня к последнему ряду — там был диванчик, мягкий, обтянутый тканью, по бокам занавески, плотные, тёмные, отгораживающие от соседей. Никто нас здесь не увидит. Я осмотрелась — зал был почти пустой. Впереди, ближе к экрану, пара силуэтов — парень с девушкой, шептались, не глядя назад. В левом углу сел старик, голова свесилась. Ещё двое сидели в середине, лица не разглядеть, все уткнулись в экран.
Почему он выбрал эти места?
Мы сели, он слева, я справа, попкорн между нами, кола в подстаканниках. Свет начал гаснуть, экран засветился и зал затих.
Почему последний ряд?
Мысли крутились, пока титры пошли по экрану. Диванчик был уютным, слишком близким — его плечо в паре сантиметров от моего, тепло шло от него, запах его куртки смешивался с попкорном.
Он выбрал это место специально?
После вчера я не знала, чего ждать — он молчал про телефон, про видео, но этот диван, занавески... Чего он хочет? Или я просто надумываю? Я сжала подол платья, чувствуя, как ткань холодит пальцы, и отпила колу, чтобы отвлечься. Сегодня без игр, просто будем смотреть кино. Но внутри что-то дрожало — не страх, не стыд, а что-то тёплое, тревожное, от его близости, от того, что он знает, кто я на самом деле.
Зоофилка