из-за огромного налогового штрафа, который мне пришлось бы заплатить.
Тем не менее, при желании, если бы захотел, я мог бы немедленно обналичить около 65 000 долларов. Я поблагодарил женщину и направился обратно в свой мотель. Я устал и, сварив еще одну кастрюлю куриного супа, лег в постель и проспал почти семь часов.
Было уже за полночь, когда я проснулся, и я знал, что теперь мне предстоит самая трудная часть дня - вернуться домой и собрать вещи. Бет должна была быть на работе, но я не был уверен, ушла ли она на работу.
Как оказалось, она не ушла.
Бет спала, когда я тихонько проскользнул внутрь, и в доме было тихо - очевидно, Лора была так обеспокоена моим местонахождением, что ушла, как всегда делала в пятницу вечером. Я подумал, будут ли дети скучать по мне, когда я уйду? Скорее всего, нет.
Первым делом я достал из гаража все, что мне было нужно: инструменты, походное снаряжение и другие полезные предметы. Я прошел в маленький офис, достал свой ноутбук, подключил его к сети и загрузил на ноутбук несколько файлов с домашнего компьютера, а затем отнес его в свой автомобиль.
У меня с собой было несколько коробок с компакт–дисками, портативный плеер, множество книг и кое-какие памятные вещи, которые что-то значили для меня, включая несколько фотографий, но ни одной с изображением Бет. После того, как я загрузил все это в машину, я достал несколько чемоданов и тихо прошел в свою бывшую спальню.
Я уже почти закончил собирать вещи, когда услышал позади себя тихий вздох, а затем голос Бет.
— Питер, где ты был? — сказала она. —- Я ужасно волновалась за тебя.
— Сейчас здесь, — сказал я, стараясь, чтобы в моем голосе не слышалось гнева.
— Что ты делаешь? — Спросила Бет.
— А что, по-твоему, я делаю? — Саркастически спросил я.
— С-с-собираешь вещи? — Дрожащим голосом спросила Бет.
— Дайте этой девушке золотую звезду за гениальность, — сказал я.
— Питер, мне так жаль... — начала она, но я остановил ее.
— Бет, я не хочу слышать твои оправдания или извинения, — сказал я. — На самом деле неважно, почему или как, или даже кто, хотя я и знаю это. Ты хочешь любить кого-то другого, отлично, я позволяю тебе это.
— Но я не люблю его, — начала она, — я люблю тебя. Я не хочу его, я хочу тебя.
— Ты могла бы меня одурачить, — сказал я едким тоном. — Мне показалось, что ты вчера днем очень сильно его хотела. Дай-ка я посмотрю, смогу ли я вспомнить точные слова. «О Боже, трахни меня своим большим толстым членом». Разве не так?
Бет просто закрыла лицо руками, безудержно рыдая. Я спокойно посмотрел на нее. Какая бы короткая вспышка гнева у меня ни была, она прошла, сменившись... Я не уверен. Жалостью? Нет, не это. Презрением? Может быть, немного. Отвращением? Да, немного.
Но главное, я понял, что больше всего на свете я чувствовал пустоту. В тот момент я понял, что у меня вообще не осталось к ней никаких чувств. Мне просто стало все равно.
Я закончил собирать вещи и позволил ей рыдать в подушку. Только когда я вышел из спальни с чемоданами, она спрыгнула с кровати и попыталась остановить меня.
— Подожди! — Закричала Бет. — Не оставляй меня, Пит, пожалуйста. Неужели мы не можем во всем разобраться? Пожалуйста? Прости, но между нами ничего не было, это был просто секс.
Я просто молча смотрел на нее, когда осторожно высвободился из ее цепких объятий и направился к выходу
Проталина