заставить ее забыть о боли. Ее язык работал как одержимый, вылизывая, покусывая, лаская. Даша застонала, ее тело содрогнулось в оргазме.
Она кончила сильно и жарко, забыв обо всем, что происходило с ее анусом. Когда оргазм отступил, она почувствовала, как ее тело расслабляется. Катя, убедившись, что ей лучше, вытащила пробку и взяла следующую, еще больше.
Даша заплакала. Она не хотела больше боли. Она хотела, чтобы это закончилось.
– Пожалуйста, не надо, – прошептала она, но Катя не слушала.
Она снова смазала отверстие и начала вводить новую пробку. На этот раз боль была не такой сильной, как в прошлый раз. Даша уже привыкла к растяжению. Она просто закрыла глаза и позволила этому происходить.
Саша продолжала ласкать ее клитор, вызывая новые волны наслаждения. Даша металась между болью и удовольствием, между унижением и восторгом. Ее разум был в тумане.
Катя постепенно увеличивала размер пробок, пока не дошла до самой большой – шести сантиметров в диаметре. Даша была уверена, что это невозможно. Ее задница разорвется на части.
Но Катя, с упорством маньяка, продолжала свою работу. Она медленно, миллиметр за миллиметром, вводила пробку в Дашу. Та кричала, плакала, умоляла остановиться, но Катя была неумолима.
Наконец, пробка вошла до конца. Даша почувствовала, как ее тело пронзает острая, невыносимая боль. Она потеряла сознание.
Когда она очнулась, она все еще была привязана к станку. Ее задницу разрывало от боли, а клитор горел от непрерывных ласк. Но, странным образом, она чувствовала себя хорошо. Разрушенной, униженной, но в то же время невероятно возбужденной.
Она лежала, тяжело дыша, чувствуя пульсацию в анусе. Катя и Саша молча переглянулись. В их глазах читалось предвкушение. Даша подумала, что это все на сегодня, но это было только начало. Саша вернулась с одетым страпоном – сантиметров двадцать в длину и около пяти в диаметре, который блестел от смазки. Дашины глаза округлились, глядя на его размер. Она сглотнула, чувствуя, как по спине пробегает холодок. Никогда раньше она не испытывала ничего подобного, и страх смешивался с острым любопытством.
Саша обошла ее сзади. Даша попыталась отвернуться, но станок прочно фиксировал ее тело. Она чувствовала себя беспомощной, как бабочка, приколотая к энтомологической доске. Саша приставила кончик страпона к входу во влагалище Даши. Даша зажмурилась, ожидая боли. Она ощутила, как холодная смазка касается ее кожи.
И вдруг, одним резким движением, Саша вошла настолько глубоко, насколько смогла. Даша закричала. Боль была острой, словно раскаленным ножом. Она почувствовала, как девственная плева рвется. Даша забилась в конвульсиях, пытаясь вырваться, но ремни держали ее крепко. Со страпона на пол упало несколько капель крови.
"Тише, тише, " - прошептала Саша, ее голос был странно нежным в этой безумной ситуации. Она целовала Дашу в шею, пытаясь успокоить ее. "Это пройдет. Просто расслабься."
Но Даша не могла расслабиться. Боль продолжала пульсировать, распространяясь по всему телу. Она чувствовала себя изнасилованной, сломленной. Слезы текли по ее щекам. Она закрыла глаза, стараясь уйти от этой реальности.
Саша начала двигаться. Сначала медленно, осторожно, словно проверяя, насколько Даша может это выдержать. Боль немного утихла, сменившись странным, новым ощущением. Даша почувствовала, как ее мышцы растягиваются, приспосабливаясь к инородному телу внутри нее.
Саша постепенно увеличивала темп. Движения становились все более уверенными и ритмичными. Даша начала стонать. Боль смешивалась с нарастающим возбуждением. Она чувствовала себя грязной, униженной, но в то же время не могла отрицать, что ей это нравится.
Катя наблюдала за происходящим с невозмутимым видом. Она знала, что происходит в голове у Даши. Она сама проходила через это. Она знала, как боль может превратиться в удовольствие, как унижение может стать возбуждающим.
Слово о пидоре (ПРОТЕСТ 2).