на тебя, Александр Петрович. Очень осерчали. Убрать тебя хотели. Тут уж мои ребятишки "ворон не ловили", отработали как надо. Столько гнили в стране вскрылось при этом - история отдельная. Одно скажу - тебе и твоим ничего не угрожало, угрозы устранялись на дальних рубежах. Ну, а потом... Устроили мои ребятишки игрища с этими уродами. Да, был шантаж, много чего было, тут сам понимаешь, цель оправдывает средства. Американский сенатор или помощник генерального прокурора США, на которого есть такой компромат - очень выгодное приобретение для разведки.
— Согласна, - кивнула Лариса и мило улыбнулась.
— Скандал все же разразился, эту историю с островом начали копать, прокуратура Нью-Йорка предъявила обвинения Эбштейну. Ему предъявили обвинения в домогательствах к десяткам несовершеннолетних девушек. Самой молодой жертве было всего четырнадцать лет - это официально. Думаю, были и помоложе. Эбштейну приписывали создание сети для сексуальной эксплуатации детей. Он не признал свою вину, утверждая, что все отношения были добровольными, и он думал, что девушкам уже исполнилось восемнадцать лет. До суда дело не дошло - он покончил с собой в своей камере.
— Самоубийство?
— Джеффри убрали свои же. Его сокамерника перевели в другую камеру перед его смертью. Охрана не выполняла обязательные проверки, хотя должна была заглядывать в камеру каждые полтора часа. Записи с видеокамеры с последними моментами жизни Эбштейна были уничтожены. Вроде как случайно. Но таких случайностей не бывает. Он мог открыть рот и начать говорить - на суде. Поэтому, это был лишь вопрос времени. Я вообще удивлен, что его не убрали раньше, до ареста. Можно еще торта?
— Да, конечно, - отозвалась Лара, подавая еще порцию.
— Я вот чего приехал, Александр Петрович. Диалектика - вещь упрямая. Рано или поздно, по мере того, как человек богатеет, количество переходит в качество и человек оказывается в политике.
— Деньги неизбежно ведут к вершине, - процитировал Глаголев.
— Хорошо сказано. Кто-то из мертвых греков? - спросил Гость.
— Не помню, - ответил Александр.
— Ну, да ладно. И ничего с этим не поделаешь. Деньги - это власть, а власть - это политика. Это работает на любых уровнях. Где ни будь, в далеких сибирских ебенях, хозяева золотого прииска или там, лесопилки - цари и Боги. Так и тут. У тебя власти уже больше, чем у губернаторов областей, где располагаются твои активы. У тебя власти больше, чем у моего представителя - представителя Президента в Федеральном округе. И, по сути, став Арбитром, вместо Соскина, ты окончательно вышел на федеральный уровень. Я очень нуждаюсь в надежных и деятельных людях. По этому, спрошу тебя прямо - ты станешь моим человеком? Можешь сразу не отвечать.
— Да. Я согласен, - прямо ответил Глаголев, не задумываясь ни на минуту.
— Я ждал этого ответа, - сказал Гость, раскрыл небольшую сумку, что была при нем и вынул от туда спутниковый телефон.
— Это то, о чем я думаю? - спросила Лара.
— Это прямой телефон. Связь защищена. В случае необходимости - звони. Я знаю, ты по пустякам трезвонить мне не будешь. Я тоже. И еще. Для закрепления нашего договора. У тебя есть просьбы? Выгодный госконтракт, например? Или поддержка в чем-то твоего делового партнера? Это я о Баринове. Может быть у тебя есть проблемы с конкурентами?
— Есть. У меня есть просьба. Мне нужен мой человек. Нужен на свободе.
— Человек?
— Лара. Принеси папку на Эфенди...
ХХХ
— Однако, - протянул Гость, бросая папку на стол. - Задачку ты мне задал, Александр Петрович... И как ты себе это представляешь? Четыре десятка убийств. Пожизненное заключение... Как?
РАСПЛАТА ЗА ПРЕМИЮ