Категории: Измена | Минет
Добавлен: 16.05.2025 в 16:11
сдамся.
Не давая мне сдвинуться с места, он заказывает два мохито и дает их мне в руки.
— Пойдём. У меня есть столик, —говорит он и держа за талию ведет через танцпол.
Рука сползает с талии... Цепко берет меня за попу пока я стараюсь не ронять стаканы из своих рук.
Стоп! Алина, что ты делаешь? — в панике шепчет внутренний голос. Ты ведь даже не знаешь его. Разве так можно?
Но я иду. Не вырываюсь. Меня держит его рука — уверенно, крепко, так, что сопротивление кажется глупым и даже неправильным.
Мы подходим к столику в углу. Он жестом усаживает меня на кожаный диван, сам садится рядом, почти вплотную. Я ощущаю его тепло кожей, слышу каждый его вздох, чувствую, как взгляд скользит по моему лицу, по шее... чуть ниже.
Он сидит рядом, широко расставив ноги, как будто весь клуб — его. Глаза цепкие, тёмные, не отводит взгляда ни на секунду.
— Я на тебя давно смотрю, — говорит он спокойно, но с хрипотцой. — Как только ты вошла.
Я молчу, стараюсь держаться спокойно, хотя внутри всё сжимается.
— Ты тут не в своей тарелке, да? — усмехается он. — Сразу видно — чужая среди этих всех намалёванных. Стесняешься. Даже сидишь, как будто сейчас извинишься, что пришла.
Я отвожу взгляд, беру бокал.
—Ну извини что..., — бормочу.
— За что? — Он смеётся. — Ты охренительно выглядишь. Оделась так чтобы все глаза останавливались на тебе. Просто ты не умеешь это носить. Ты слишком зажата в такой одежде.
Он наклоняется чуть ближе.
— Ты не для этих дешёвых вечеринок. Сразу видно, что какая-то домашняя. Ты — из тех, кто случайно пришла, и теперь все мужчины стараются не пялиться слишком явно. Хотя я — пялюсь. И не собираюсь останавливаться.
Мой живот сжимается, но почему-то мне нравиться как он разговаривает.
— Ты даже не двигаешься особо, а у меня уже фантазии в голове. Ты знаешь, как ты выглядишь?
Он смотрит в упор.
— Как женщина, которую хочется прижать, уткнуться лицом в шею и не выпускать до утра.
Пауза.
— И да, трахать до самого утра чтобы ноги у тебя стали ватными, а весь этот красивый макияж стек вместе с потом с твоего лица. Ты не фальшивая как все эти тупые девки вокруг. Ты как-то настоящая. Старше и куда красивее любой из них. Такая редкость, такая сексуальная что даже злость берёт.
Я снова чувствую жар на лице. Он видит. Улыбается.
— Я хочу, чтобы ты сейчас это запомнила: ты — самая красивая здесь. Не потому, что яркая. А потому что настоящая. Поняла?
Я поднимаю на него взгляд. И впервые — не опускаю.
— Но ты нервная. Скажи. Что тебя привело сюда? Такая как ты не может быть одинокой. У такой как ты всегда есть муж, парень, куча любовников.
Он смотрит на меня и говорит это так, будто не сомневается: такая, как я, не может быть одна. И мне вдруг становится странно. Не неприятно — наоборот. Просто я давно так себя не чувствовала.
Я вышла замуж рано, почти сразу после школы. Думала — повезло: взрослый, обеспеченный, уверенный. И все шло более или менее хорошо. До того, как мне стукнуло двадцать пять. Потом началось.
«Похудеть бы тебе.»
«Ты уже не девочка.»
«Смотри на себя — кому ты теперь нужна?»
«Работа — это когда ты умеешь хоть что-то, а ты что умеешь»
«Зачем тебе работа? У тебя есть я. Ты живёшь лучше, чем половина с дипломами.»
И я старалась. Спортзал, диеты, косметологи — всё, чтобы доказать, что ещё чего-то стою. Он делал вид, что это нормально. Или просто не замечал.
Катя. Сын.