Категории: Измена | Минет
Добавлен: 18.05.2025 в 05:03
будешь пялиться. Давай вон туда, и чтоб от стены не отвернулся!
Тот почти бегом исчезает в угол, где никому не видно, как он краснеет до ушей.
— Не отвлекайся, Алина, — снова он. — Штанга. Тяга в наклоне. Три подхода по двинадцать. Вес я уже поставил.
Я подхожу. Гриф холодный. Я беру его и чувствую — руки слабеют. Это не мой уровень. В прошлом зале мне никогда не давали таких нагрузок. Но я — не та, что делает все как раньше.
— Глаза вверх. Прогнись. Тяни локти к тазу. Вот так. Держи. Отпускай!
Первый повтор — тяжело. Второй — почти с рыданием. К пятому я начинаю стонать. Не нарочно. Просто вырывается.
— Вот! — восклицает он как будто этих стонов он и ждал. —Молодец. Продолжай.
Вдруг слышу хриплый, мечтательный голос с соседнего тренажёра:
— Бляяя, какая жопа...
Один из мужиков делает жим ногами, но голова повернута не на вес, а на меня.
— Ты, мудак, ты чё делаешь?! — орёт Арслан, бросаясь к нему. — Он тебе сейчас сустав выбьет, а ты пялишься! Смотреть надо туда, где железо, а не туда, где мягкое!
Хохот. Я краснею. Но внутри — странное чувство. Как будто... мне это даже нравится. Что я могу привлекать.
Арслан возвращается ко мне. Смотрит внимательно.
— Тебе тяжело?
Я киваю. Честно.
— Хорошо. Значит, ты на верном пути. Слабость — это грязь, которую выталкивают силой. Ты — не принцесса, Алина. И не жертва. Ты железо. Ты боец!
Он бросает мне полотенце. Я вытираю пот с лица. Грудь вздымается, соски опять упруго выделяются под тонкой тканью топа. Арслан замечает — но не говорит ничего. Просто уходит к следующему ученику. Как будто делает вид, что не видел. Но я вижу, что видел.
В зеркало я ловлю отражение своей спины. Сильной. Смелой. Женственной. Я ухожу с тренажёра — и молодой парнишка тут как тут, снова с блинами.
— Осторожно, я тут... — и снова мимо меня. Чуть не задевает. Старательно играет в занятого.
Я улыбаюсь. И впервые с начала этой безумной истории — мне приятно быть на виду.
— Отдыхай пару минут. — Арслан коротко кивает, глядя на часы. — Сейчас всех разгоню, и продолжим.
Он разворачивается и уходит, оставляя меня у стены с бутылкой воды. Я сажусь на скамью, запыхавшаяся, как после боя. Плечи трясутся, сердце колотится в висках.
— Всё, мужики! Хватит! Хватит на сегодня, говорю! — слышу его голос по залу. — Кто завтра опоздает, будет бегать до блевоты. Давайте, валите!
Через пару минут зал стихает. Арслан возвращается, глаза строгие, но голос спокойный:
— Пойдём. Есть разговор.
Я встаю и иду за ним, чувствуя, как дрожат ноги после приседов. Он ведёт меня вдоль стены, мимо тяжёлых груш и металлических стоек. Останавливается у металлической двери без таблички и открывает её ключом.
— Заходи.
Я вхожу.
Комната небольшая, но уютная. Стены обшиты тёмным деревом, будто пропитанным потом десятков боёв. Воздух пахнет кожей, мужским парфюмом и старой резиной — смесь силы, усталости и времени.
На стенах — фотографии. Сотни. На каждой — Арслан. Он всегда в центре. Всегда на первом месте. На одной — с золотым поясом, лицо в крови, но улыбка до ушей. На другой — жмёт руку какому-то серьёзному человеку в костюме. Третья — с мальчиком, явно учеником, держат кубок вместе.
На полке за его столом — награды: медали, кубки, трофеи, стеклянные статуэтки. Некоторые старые, поцарапанные, но каждая — память о битве. На
Мы-рабы.Рабы-Мы!