своей шкуре, научиться не стесняться своих желаний. Это не значит, что мы будем бегать голыми по улицам. Это значит, что мы освободимся от сковывающих нас рамок.
Ее слова звучали убедительно. Возможно, в этом и была моя проблема – я слишком боялся чужого мнения, слишком старался соответствовать каким-то нелепым стандартам. А что, если Анна права? Что, если я действительно смогу обрести свободу, перестав прятаться за маской приличия?
— В пятницу я покажу тебе несколько техник, — продолжала Анна. — Это будут упражнения на раскрепощение, на принятие себя. Ничего страшного. Просто позволь себе быть. А там посмотрим, куда нас это приведет.
Я молчал, разрываясь между страхом и любопытством. Часть меня отчаянно хотела сбежать, спрятаться в своей раковине. Но другая, более смелая и жаждущая перемен часть, тихо шептала: "Попробуй. Что ты теряешь?". И я знал, что в пятницу, когда тетка уедет, я позволю Анне открыть для меня дверь в новый, неизведанный мир.
Я вопросительно посмотрел на Анну и спросил, – а откуда ты это знаешь? – Ты забыл, что я твоя соседка и хорошо знаю твою тетю, она рассказывает мне обо всех планах. Так что в эти выходные мы полностью сосредоточимся на твоем обучении. Так что приготовься, под моим руководством ты устроишь свое первое настоящее шоу для случайного зрителя...
У меня перехватило дыхание. Неужели это происходит на самом деле? Все мои грезы и тайные желания, казалось, материализовались в одно мгновение. В пятницу, как только за тетей закрылась дверь, я уже стоял у квартиры Анны, сердце бешено колотилось от предвкушения. Воздух вокруг словно звенел от напряжения и волшебства.
Безумная ночь