оставив меня стоять полностью голой, кроме пары шпилек, с руками, защищающе прикрывающими киску.
Затем мы с Таней повернулись к Мишель, чтобы посмотреть, что она предложит, но, очевидно, конкурс стал для неё слишком напряжённым, и она лишь застенчиво улыбнулась и покачала головой, что вызвало хор добродушного буканья и немедленно завершило раунд. Пока Майки начинал голосование, Мишель неловко прикрыла сиськи, Таня небрежно стояла с руками за спиной, а я продолжала скромно закрывать нижнюю часть.
Очевидно, Мишель была явной проигравшей, но, хотя я прошла в финал, меня всё равно встревожило, что Таня получила гораздо больший отклик, чем я, когда назвали её имя. Ясно, что мне придётся выложиться по полной в последнем раунде, если я хочу её победить, даже если шансы явно были в её пользу. Пока я рассеянно оглядывала зал, ожидая, когда Мишель покинет сцену, моё сердце вдруг замерло, когда мой взгляд упал на знакомое лицо.
За рядами жаждущих парней, толпящихся у передней части сцены, по главному залу клуба были разбросаны несколько столиков, где чуть более богатые жаждущие парни покупали напитки и наслаждались стриптизом с удобных мест.
«И вот момент, которого вы все ждали, финальное противостояние между Таней и Лейлой! У вас вся песня, девочки, так что в этот раз выкладывайтесь по полной. Окей, диджей, жги!»
Слова Майки текли мимо, не регистрируясь, потому что там, всего в нескольких метрах от меня, где я стояла с голыми сиськами и киской на всеобщее обозрение, сидел мой преподаватель макроэкономики мистер Ким. Когда наши глаза встретились, мои щёки тут же вспыхнули, и я в стыде опустила голову, ещё сильнее прикрывая тело, проклиная свою удачу, что человек, которого мне придётся видеть весь оставшийся год, был здесь, чтобы стать свидетелем самой унизительной ночи в моей жизни.
Когда музыка возобновилась, Таня снова начала танцевать, тверкая и приседая к восторгу публики. Всё, что я могла в ответ, — смотреть в отчаянии: у этой девушки сиськи побольше моих, гораздо меньше запретов и, что критично, в толпе не было её университетского преподавателя, наблюдающего за ней.
Я уже собиралась смириться с поражением, когда заметила, что мистер Ким и его друг за столиком заказали бутылку шампанского, которая стояла между ними в ведёрке со льдом. Ещё одна ужасная идея промелькнула в моём мозгу, и я покачала головой, пытаясь выкинуть её, но безуспешно.
Я снова инстинктивно знала, что делать, чтобы выиграть, просто не хотела это выполнять. Я рискнула ещё раз взглянуть на преподавателя и увидела, что, несмотря на голую грудастую девушку, лапающую свои сиськи справа, он всё ещё смотрел прямо на меня, а не на Таню. Он не делал попыток притвориться, что не знает меня, и терпеливо ждал, когда я уберу руки от тела, и я решила, что, если в нашей следующей лекции по экономике будет неловко, пусть будет невероятно неловко.
В момент невероятной силы, или, может, чистого безумия, я опустила руки по бокам и спустилась по ступеням со сцены, стараясь излучать как можно больше уверенности, затем промаршировала к столу мистера Кима. Я вытащила бутылку из ведёрка со льдом и многозначительно посмотрела на преподавателя, как бы говоря, что, если мой секрет в безопасности с ним, то его грязная привычка посещать стрип-клубы тоже будет в безопасности со мной.
Он не кивнул в ответ или что-то в этом роде, на самом деле он едва сдерживался, его глаза то и дело скользили по моим сиськам и бёдрам, но я решила, что он, вероятно, понял намёк. Украв его алкоголь, я развернулась на каблуках, вернулась на сцену, оттеснила Таню в центр зала
Твоих минут шальное время?