что он и надеялся. Они не проронили ни слова с момента возвращения, да и в машине почти не разговаривали. Просто сидели, вдыхая запах друг друга. Было... приятно.
Алисса наконец заговорила:
— Господи... — она уставилась на его член. — Вот это член.
— Обычный хуй. Не пугайся, — сказал он. Отчасти чтобы успокоить себя. Он точно стал больше и толще. И крепче, если это вообще имеет смысл. Не просто выступ, а настоящий ствол. Впечатляюще. Будто он тоже качался. И часть его думала: девушка только что похвалила твой прибор. Жизнь удалась.
— Я немного нервничаю, — призналась Алисса. Она оглядела его пустую квартиру. Большая часть мебели была подобрана на улице. — Мне... Это всё не кажется тебе странным? Я обычно не... ну ты понял...
— Можешь уйти, — сказал Мартин, делая вид, что ему скучно. — Дверь рядом, до дома три шага. Давай.
— Я не... — её взгляд снова упала на член, который она уже начала дрочить. — Просто... Ты ничего не чувствуешь?
Чувствовал. И не хотел об этом думать. Он ощущал запах её киски, и это сводило его с ума. Он уставился на её щёлку так пристально, что она заерзала. Ему так хотелось её трахнуть. Она провела ладонями по его груди и приняла очевидное решение:
— Ложись, ладно? И надень презерватив.
— Разве ты не на таблетках?
— Да, но... думаю, одного мало. — из него уже капала смазка. Презервативы у него были, хоть и залежавшиеся. Но он ждал достаточно.
— На кровать, — приказал он.
Алисса потеряла большую часть своей воли и понимала это. Ясно, что её план был другим — выманить парня, слегка напоить, а потом неспешно скакать на нём, сколько захочется. Теперь же она была голая, с задранными ногами, готовая к жёсткому траху. Беззащитная.
Соки стекали по её ноге. Он рассмеялся, легко поднял её и швырнул на кровать. Всё так просто. Её ноги были широко раздвинуты, маня.
— Нет, я... я всегда сверху, — тяжело дыша, прошептала Алисса. — Правда, всегда. Мартин.
Мартин наклонился вперед.
— Я не собираюсь ПРОСТО ЛЕЖАТЬ, — сказал он, уже удобно устроившись между её ног. На мгновение задумался. Ах да, презервативы. Ну, никакая инфекция ему не страшна, он это чувствовал. А правда была в том, что его яйца уже набухли спермой, готовой прорвать любой жалкий кусок резины. Алисса пыталась что-то сказать, но её бёдра подрагивали, и слова терялись в горле. Последний звук превратился в долгий стон, когда он вошёл в неё полностью.
Мартину стало намного лучше. Он почти полностью вышел, затем вошёл снова, глядя ей в глаза. Он хотел, чтобы она поняла: он будет трахать её так, как захочет. Веки Алиссы задрожали, язык высунулся. Вот почему он должен быть сверху — она держалась, как мокрая лапша.
Но у него был контроль. О да. Он схватил её за бёдра, подстраивая под свои толчки. И подумать только, раньше он мучился, пытаясь придумать какие-то сложные движения в постели. Будто у него должен был быть "фирменный приём". Идиотизм. Главный приём — заставить её чувствовать каждый сантиметр своего члена, который снова и снова трёлся о её клитор. Алиссе явно нравилось. Её пальцы впились в простыню.
Он мог бы продержаться дольше, но Мартина переполняло желание кончить. Залить её спермой.
— Держись за что-нибудь, — прохрипел он.
— Подожди, — она залепетала, едва выговаривая слова между волнами удовольствия. — Я не... я не...
Мартин не хотел слушать. Первая же порция спермы довела её до оргазма.
На следующий день у него была ужасная головная боль, Алисса исчезла, а он уже опаздывал на
Рейс 756