Москва, полдень воскресенья, квартира Анны и Антона.
Антон
Нет, я конечно понимал, что моя неудача с отпуском разозлит Аню, но таких последствий я предвидеть не мог. Если вечер пятницы она еще поговорила со мной почти полчаса, то в субботу и воскресенье была практически недоступна. Я смог добиться от нее только короткого ответа в ватсапп в субботу утром. В нем на мои расспросы расплывчато было отвечено, что у них все хорошо. Аня предложила созвониться вечером воскресенья, часов в девять.
В половину первого дня, мне позвонил мой куратор, Алексей Иванович. Он поинтересовался сроками выполнения моей части проекта, а затем ошарашил новостью о ее приостановке. Оказывается все расчеты, которые выполняла наша группа, были признаны нерентабельными. В защиту моей конторы, хочу сказать, что это практически не сказалось на моей зарплате. Неустойка за разрыв контракта была выплачена в полном объёме, поэтому я получу почти всю зарплату даже раньше, чем планировал.
На эмоциях поинтересовался у Алексея Ивановича о моей дальнейшей работе. Скрепя сердце, я получил двухнедельный отпуск с завтрашнего дня.
Более меня в столице ничего не держало. Сдав все свои наработки охране нашего БЦ под ответственное хранение, я приступил к сбору вещей. Сборы заняли у меня около часа, сорок минут из которых я искал телефон, лежащий прямо на кухонном столе.
Выехать удалось только в восемь вечера. Все мои сообщения, которые написал жене в мессенджер, остались непрочитанными.
Илье я позвонить не успел, так как нашу старушку Шевроле Лачетти начало резко вести вправо. Остановившись, я убедился, что где-то умудрился порезать колесо. Не буду вдаваться в подробности ремонта, но из-за отсутствия запаски, занял он изрядно времени.
Выруливая из СТО, мне вспомнилась Анна. Не та которая сейчас жила со мной в одной квартире, а ее вариант двадцатилетней давности. Была она тростиночкой и казалась, что ее может унести ветром. Со временем ее зад раздался вширь, да и ее сиськи, которыми я гордился в молодости, отвисли и стали похожи на два полуспущенных мяча.
Конечно, три года назад я потратил почти полмиллиона рублей, что сделать жёнушке пластику, но на мой вкус это все было не то.
Секс с женой давно из нечто интересного и бударажащего кровь, превратился в рутину. Я попытался с Аней использовать секс-игрушки, но тут уже у жены сыграло ее пуританское воспитание. Даже на минет я ее развел всего пару раз, сразу после свадьбы.
***
Дача Анны
Антон
К даче я подьехал около двадцати трех часов. Была уже почти ночь, но свет в окне сына еще горел. В нашей же спальне царила темнота. Осветив фарами прилегающую территорию, я убавил свет от них почти до минимума. Выйдя из машины я собирался включить освещение двора и заглушить Лачетти, но тут возле двери в летнюю кухню я увидел слабоосвещенную фигуру своего сына.
Был он явно чем-то взбудоражен и вместо приветствия он как-то невпопад выпалил:
— Все нормально, я сейчас включу свет!
Фонарь над входной дверью разогнал темноту только в весьма узком конусе. Весь остальной же переулок как будто отрезало ножом.
— Где мама? – спросил я Илью – спит уже?
Отрицательно мотнув головой, он как-то неопределённо качнул рукой влево.
— В бане она, . .. моется. Мне показалось или при последнем слове его голос дрогнул.
— В такое время? С ней точно все хорошо?
Не тратя больше времени на разговоры,, я несколько раз удалил ладонью по деревянной обшивке двери.
Через пару минут тишины дверь распахнулась и на свет вышла моя благоверная. На поясе у нее было обернуто банное полотенце, а грудь прикрывал цветастый купальник.
— Мне сегодня дадут домыться или нет? Сначала сын ломится, потом муж. Антоша, ты
Люблю тебя Зая