её тело сжимает меня, как она отвечает каждому толчку. Внутри было жарко, влажно, и я чувствовал себя частью чего-то большего, чем просто секс. Оргазм накрыл меня резко, я кончил страстно, почти рыча, и рухнул на неё, потный и счастливый, ощущая, как её грудь поднимается подо мной.
Она заговорила первой, глядя на меня с лёгким смущением:
— Как ты к этому относишься? Не думай, что я писаюсь. В первый раз сдерживалась, боялась тебя спугнуть, а тут… от рук не удержалась.
— Да мне всё нравится! — ответил я, и это была чистая правда. — Видел в порно, знаю, что такое сквирт. Это круто, правда.
— Серьёзно не смущает? — спросила она, прищурившись, будто всё ещё не веря. — Многие парни шарахаются, думают, что это ненормально.
— Да ну, наоборот, — сказал я, чувствуя себя крутым. — Это как доказательство, что я всё делаю правильно.
Она засмеялась — низко, с той самой хрипотцой, и откинула голову на подушку.
— Ну, Ром, ты даёшь. Не ожидала, что тебе так зайдёт.
Она улыбнулась, глаза загорелись, как у девчонки, которую похвалили. Рассказала, что я третий мужчина в её жизни. Первый — муж, но брак быстро развалился. Потом пару лет без секса. Затем любовник, который открыл в ней способность сквиртовать. Он был с ней два года, а потом уехал. И вот я — третий. Повторяла, что она "не формат", что мужчины боятся её роста и мощи.
— Огромная я, — сказала она, пожав плечами. — Не каждый потянет.
Честно? Мне уже не хотелось идти на пьянку. Баба есть, алкоголь есть, закуска есть, и она не против выпить за компанию — хоть и перепивает меня легко из-за разницы в весе. Но я повалялся с ней ещё час, болтая о пустяках, и всё-таки собрался. На прощание она выдала с улыбкой:
— Отпускаю тебя с пустыми яйцами.
Я заржал, как пацан, и ушёл. Договорились встречаться по пятницам и воскресеньям.
Неделя тянулась долго. Она писала часто — в Viber, в основном про работу. Скидывала фото: как дети в спортзале прыгают через козла, как она в учительской пьёт чай. Просила мои селфи, и это немного напрягало — не люблю фоткаться. Но я всё равно отвечал, не хотелось её обижать. Она была открытой, и мне это нравилось. Я уже не мог дождаться пятницы. Секс с ней засел в голове, как навязчивая песня.
В пятницу после работы я спросил, что купить. Она попросила тот же коньяк, фрукты и что-нибудь мясное. Я работал в 15 минутах пешком от её дома, в центре города, так что забежал в магазин и рванул к ней. К слову, зарплата у неё, как у учительницы, была скромной — баксов 250–300, и то с выслугой. У меня в банке выходило 350–400, не густо, но мне хватало. Жил с родителями, даже откладывал на ремонт — знал, что скоро останусь один в квартире. Она всегда старалась что-то приготовить к моему приходу: то котлеты, то салат, как заботливая жена. Мне это грело душу, и она ничего не требовала взамен.
Вечером я пришёл, мы поужинали — она сделала картошку с мясом, нарезала овощи. Выпили, и я видел, что ей, как и мне, не терпится. Она показала, что купила две детские непромокаемые пелёнки:
— А то от моих оргазмов матрас мокрый, долго сохнет, — сказала она с лёгким смешком.
Когда дошли до спальни, она сообщила, что у неё третий день месячных, и предложила попробовать анал. Я оторопел. В моём опыте был только классический секс, минет и куннилингус. Анал? Конечно, я хотел попробовать,
Раскрою розу тебе