основном из-за того, что было сложно найти подходящие брюки, она не могла отрицать, что выглядит она хорошо.
Когда Ханна достаточно промокла, она начала наносить мыло, тщательно очищая каждую складку и щель. Мыло покрыло всё её безволосое тело. Все говорят, что лобковые волосы — признак зрелой женщины, но Ханна всегда ненавидела волосы где-либо ниже головы. 18 лет — это не совсем «зрелость», так зачем ей нужны лобковые волосы? Эпиляция там была для неё более привлекательной. Отсутствие волос вокруг её красивой розовой киски позволяло ей дышать.
Закончив душ, Ханна вытерлась и обернула вокруг себя полотенце, надев очки перед тем, как выйти из ванной. Полотенце доходило чуть выше середины её бедра, и она вернулась в спальню. Подойдя к шкафу, она решила немного покопаться там, чтобы проверить свою теорию, что просто забыла надеть пижаму прошлым вечером. Она открыла двойные двери шкафа и обнаружила... ничего. Ну, не совсем ничего, но одежды там не было вовсе. Вместо этого в шкафу была куча хлама. Её хлама. Скейтборд с давних времён, старая гитара, подаренная бабушкой, фотоальбом и ещё много всего. Где, чёрт возьми, её одежда?!
Ханна перерыла столько хлама, сколько смогла, в поисках хоть какого-то клочка одежды: рубашки, брюк, даже одного носка хватило бы. Ничего. Ладно, сначала пижама, а теперь весь её гардероб пропал. Что, чёрт возьми, происходит?! Неужели мама вошла в её комнату, пока она спала, и бросила буквально каждую вещь в стирку? Это что, розыгрыш какой-то? В любом случае, она решила выйти и выяснить. Ханна ещё сильнее затянула полотенце вокруг себя и открыла дверь спальни.
Внизу она слышала, как мама возится на кухне. Ханна вышла в коридор и спустилась по лестнице. Мягкий ковёр сменился холодной плиткой под её босыми ногами, когда она добралась до низа. Звук телевизора на кухне становился всё громче по мере приближения. Через дверь она увидела, как Кристин стоит у раковины, моет посуду и, как Ханна, когда проснулась, была совершенно голой.
«Привет, мам, ха...» — Ханна замерла, увидев свою голую мать, весело оттирающую внутреннюю часть стакана.
«Доброе утро, Ханна. Хорошо спала?» — спросила Кристин. Казалось, она совершенно не замечает, что голая. Как будто это абсолютно нормально.
Кристин была ростом 5 футов 4 дюйма. Её светло-коричневые волосы были подстрижены в стиле пикси, из-за чего голова казалась меньше, а остальное тело — полнее. Её упругие груди размера 38DD идеально дополняли широкие бёдра.
Рот Ханны отвис. Как будто она увидела привидение.
«Ханна, ты в порядке?» — встревоженно спросила мама.
Понадобилось несколько секунд, чтобы Ханна наконец смогла заговорить. «Э-э, да. Г-где моя... то есть твоя... то есть наша одежда?»
«Одежда?» — переспросила Кристин. — «О чём ты?»
«Ну, знаешь. Одежда? То, чем мы прикрываемся, вот как это?» — Ханна указала на полотенце, обёрнутое вокруг неё.
«Зачем нам это нужно? Эй, Хан, ты точно в порядке?» — спросила мама.
Ханна на секунду замолчала. «Подожди-ка». — ответила она, прежде чем побежать наверх.
Ханна влетела в свою спальню и закрыла за собой дверь. Она не знала, что происходит. Сначала она просыпается голой, потом в шкафу нет одежды, затем её мама голая и даже не знает, что такое одежда?! Что, чёрт возьми, творится?! Неужели их семья за ночь стала нудистами, и никто ей не сказал?!
Ей нужно было проветриться. Всё это было слишком много для утра. Ханна подошла к окну, распахнула шторы и открыла окно ровно настолько, чтобы высунуть голову и вдохнуть свежий воздух. На улице был прекрасный день. Солнце сияло над головой, температура была идеальной. Достаточно тёплой, чтобы наслаждаться, но не такой жаркой, чтобы было некомфортно.
Люблю молоденьких. Часть 2