сравнится с тем, что ты привнесёшь в съёмки, но опять же... если некомфортно, этого не будет», — улыбнулся он.
Ева кивнула. «Ты упомянул зарплату... эм, о чём речь?» — спросила она.
«То же, что за купальники для стандартных снимков, 250 долларов в час. По сути, те же позы с бюстгальтерами и трусиками, 500 долларов за интимную коллекцию», — сказал мужчина, наблюдая, заинтересовалась ли девушка.
Девушка листала страницы, боль в животе усиливалась, пока она представляла себя на их месте. Она посмотрела на фотографа. «Может, в следующем сезоне. Сомневаюсь, что я готова», — сказала она. — «Из любопытства, я слышала, ты упомянул съёмку в пятницу. Это ещё больше такого?»
Дрю покачал головой. «Больше — ключевое слово», — улыбнулся он. — «У нас есть сайт, где мужчины... и женщины платят за то, чтобы наши девушки показывали чуть больше, разыгрывали фантазии, и, ну... ты понимаешь, о чём я».
Девушка покраснела и встала. «Я останусь при платьях и бикини», — сказала она. — «Мне пора... дать тебе вернуться к работе». Она пошла за мужчиной к входной двери и, собираясь уходить, обняла его. Она не знала, почему это сделала, но чувствовала тепло и безопасность, пока они обнимались. «Спасибо», — отступила она, держа конверт. — «Зови, если понадобится довольно сырая модель для другого каталога», — улыбнулась она.
Дрю разомкнул объятия, удивлённый, чувствуя, как слегка дрожит тело девушки. Он вернулся к своему столу, сел и взял телефон.
«Она отказалась. Я же говорил... Нет, дело не в этом... Понимаю, она хотя бы не выбежала... Да, она была... Джерри был идеален... да, мы убрали ширму, и она, кажется, расслабилась насчёт своего... Я сделаю, хорошо...» Он повесил трубку, услышав щелчок на другом конце. Брайан казался очень недоволен, что Ева не готова показывать больше, и Дрю гадал, почему владелец так заинтересован... ему также никогда не велели манипулировать девушками, и это заставило его чувствовать себя грязно.
Ева сидела в машине, ощущая ноющую боль в животе. Это было как зуд, который не проходил... зуд, который она по какой-то причине хотела чувствовать сильнее. Она схватила телефон. «Эй, Адам. Я в аутлет-молле, тебе что-нибудь нужно, пока я здесь?» — спросила она, гадая, почему врёт мужу. — «Ничего особенного... милый, просто беру кое-что для себя», — запнулась она в трубку. — «Неважно. Я не буду много тратить. Погоди. Я чувствую, знаешь. Хочешь раздеться... нет?» — грустно вздохнула она. — «Почему ты больше не хочешь часто заниматься сексом? Это из-за меня?... Тогда тебе стоило жениться на своей работе, пока». Она бросила телефон на пассажирское сиденье. «Что не так со всем этим? Что случилось с милым мальчиком, с которым она делила впечатления?» Она уткнулась головой в руки, рыдая. По крайней мере, боль исчезла.
Дрю вышел, запирая дверь за собой. Он удивился, увидев, что машина девушки всё ещё стоит впереди. Он мягко постучал в окно, надеясь, что молодая блондинка не расстроена из-за фотографий или его предложения.
Ева быстро вытерла слёзы и опустила окно. «Простите. Я уеду. Я в порядке», — сказала она обеспокоенному мужчине.
«Ты в порядке? Это из-за предложения, что ты...?» — срочно спросил он.
Ева покачала головой. «Нет, совсем не из-за этого». Она открыла дверь и вышла. — «Простите. Я обычно не королева драмы, но... неважно. Можно ещё раз обняться?» — спросила она.
Дрю улыбнулся, притягивая её к себе. «Когда угодно», — вздохнул он. Он почувствовал, как девушка расслабилась в его объятиях, но первоначальное чувство утешения сменилось, и он надеялся, что она не заметит нарастающую массу у её нижней части живота.
Елизавета