линия манили и притягивали. Я чувствовал себя опьяненным ее запахом, ее прикосновениями, ее энергией. Казалось, время остановилось, и существовали только мы двое, в этом маленьком пространстве, наполненном желанием и вожделением.
После того, как волна страсти схлынула, мы лежали в тишине, прижавшись друг к другу, пытаясь отдышаться. Я смотрел на ее лицо, освещенное лунным светом, и видел в нем смесь усталости и удовлетворения.
Я проснулся утром в постели Анны от запаха свежего кофе и как ты голый пошел на кухню.
Тут колдовала 50 летняя женщина, в легком фартуке на голое тело. Было видно, что Анне это доставляет удовольствие, приготовить кофе своему юному любовнику.
Запах кофе смешался с ароматом ее тела, создавая странный, пьянящий коктейль. Я улыбнулся, наблюдая за ее движениями. В свои пятьдесят она двигалась с грацией и уверенностью, словно балерина на сцене. Каждый жест был наполнен смыслом, каждое прикосновение – обещанием.
Она обернулась, заметив меня, и ее лицо расплылось в улыбке. "Доброе утро, извращенец", - прошептала она, подходя ко мне с чашкой кофе. Я принял ее, чувствуя тепло керамики в своих руках. Мы смотрели друг другу в глаза, и в этом взгляде читалась целая история. История страсти, нежности и взаимного уважения.
После кофе мы стояли у окна, наблюдая за восходом солнца. Город просыпался, а мы были вдвоем, в своем собственном мире. Анна прижалась ко мне, обнимая за талию. "Я счастлива", - сказала она тихо. Я обнял ее в ответ, чувствуя, как ее тепло проникает в меня.
В такие моменты я забывал о разнице в возрасте, о предрассудках и ожиданиях. Оставались только мы, два человека, связанные чем-то большим, чем просто физическое влечение. Это было настоящее чувство, глубокое и искреннее.
— Ну что готов сегодня узнать второе правило Эксбициониста? – спросила она.
— А сколько вообще этих правил? – уточнил я.
— Много, засмеялась Анна, я их все тебе расскажу, когда придет время.
Я отхлебнул кофе, развел широко ноги продемонстрировав Анне свой вставший член и сказал. – ну рассказывай.
Анна посмотрела на мой вставший член, довольно кивнула.
— Второе правило Эксбициониста, заключается в том, чтобы твоё лицо было запоминающимся.
— Для этого я предлагаю тебе научиться делать макияж.
— Тебе это пойдет, у тебя лицо и так очень даже женственное, а с макияжем мы из тебя сделаем девочку с членом, - закончила Анна.
После этих слов, мы целый день с Анной посветили макияжу.
Анна оказалась настоящим гуру макияжа. Она достала огромную палетку теней, кисти всех размеров и форм, баночки с тональным кремом и консилером. Я никогда в жизни не думал, что буду всем этим пользоваться, но Анна была непреклонна. Она объяснила, что важно создать яркий, запоминающийся образ, который будет контрастировать с моей мужественностью.
Сначала она нанесла базу, потом тон, тщательно замазывая все неровности. Потом пришел черед консилера под глаза, чтобы скрыть следы усталости. Анна колдовала над моим лицом, как художник над холстом. Я чувствовал себя немного неловко, сидеть голым перед зеркалом и смотреть, как Анна превращает меня в девочку.
Она выбрала яркие тени – розовые, фиолетовые, с блестками. Аккуратно нанесла их на веки, растушевывая границы. Потом подкрасила ресницы тушью, сделав взгляд более выразительным. Последним штрихом стала яркая розовая помада, которая подчеркнула форму губ.
Когда Анна закончила, я посмотрел в зеркало и не узнал себя. Передо мной стоял кто-то другой – женственный, соблазнительный и немного провокационный. Это был я, но в новом обличии. Я понял, что Анна имела в виду, когда говорила о "девочке с членом". Это был образ, который одновременно притягивал и отталкивал, вызывал интерес и смущение.
Гpоссмейстеp