прав в этом вопросе. Введенный как закон для предотвращения антисвободного использования сговора среди женщин, он превратился в открытый доступ для мужчин к комнатам, личным вещам и даже аккаунтам в соцсетях женщин во имя свободного использования.
Аманда не особо возражала против того, чтобы отдать Сету свой телефон. Она надеялась, что он попросит ее номер, но не подумала, что он имеет право просто взять его. «Это то, что тебе нужно?» — сказала она с ухмылкой, протягивая телефон Сету.
«Ну... я хочу большего, но это хорошее начало», — сказал Сет с ухмылкой, начиная листать ее телефон. — «Думаю, я заеду позже и закидаю твое окно петардами».
Она рассмеялась и потянулась, чтобы игриво шлепнуть его по ноге, стараясь игнорировать большой черный член перед лицом.
«Черт, девочка», — воскликнул Сет, притворяясь, что ее шлепок хоть немного причинил боль.
«Йо, мне нравится эта. У нее есть дух», — прокомментировал Кертис, — «Не то что эти шлюхи, которые просто молчат и скучают всё время. Ты уверен, что не хочешь ее заехать, брат? Я скоро с ней закончу».
«Ты в порядке, Кертис. Развлекайся с ней», — сказал Сет, отправляя себе сообщение с телефона Аманды. Он вернул ей телефон и кивнул: «Мне надо обратно на работу. Позвонишь мне позже?»
Аманда кокетливо улыбнулась и кивнула: «Думаю, да».
«О, ты думаешь?» — игриво сказал Сет и начал уходить.
Кертис прервал ее тоскующий взгляд на Сета, поглаживая ее волосы, все еще собранные в прямой светлый хвост. Ему всегда нравилось, как молодые белые женщины выглядят с его членом, лежащим на их лицах. «Давай поднимем тебя и снимем эти шорты, девочка», — сказал он, откинув ее голову назад, чтобы она посмотрела на него.
«Ты собираешься трахнуть меня своим большим черным членом?» — спросила она хриплым, развратным тоном.
«Это то, чего ты хочешь, маленькая шлюшка?» — переспросил Кертис.
Она кивнула, не отрывая глаз от него, с головкой его члена, все еще лежащей на ее губах. Это была правда. Как бы ей ни хотелось трахнуться с Сетом, когда он ушел, жажда осталась. Ее первый день в качестве женщины свободного использования разжигал сексуальное влечение, и она обнаружила, что любит внимание и даже явно фальшивую привязанность.
Встав на ноги, она расстегнула джинсовые шорты и стянула их с длинных бледных ног вместе с трусиками. Вскоре грубые руки Кертиса схватили обе ее ягодицы и раздвинули их для обзора. Ее чисто выбритые губы киски раскрылись, и Кертис увидел знакомую паутину недавно оставленной спермы.
«Черт, сучка, чья это сперма?» — спросил он, не особо заботясь об ответе, но наслаждаясь дразнением юной женщины.
Аманда неловко замолчала, прежде чем ответить: «Э... папина».
Кертис рассмеялся и шлепнул по ее упругой ягодице: «Хорошая девочка. Папина шлюха и даже не врет об этом». Он раздвинул ее ягодицы шире и присел, чтобы лучше рассмотреть, надавливая на спину, пока она почти полностью не согнулась в талии, упираясь руками в колени. «Ты, может, и слишком молода для этого, но слышала песню EZ ‘Straight Wild’n’?»
«Эм, нет, не думаю», — ответила Аманда.
Кертис облизал губы, прежде чем агрессивно плюнуть на ее тугой анус, наблюдая, как он сжимается, когда плевок ударил по нему. «У него есть строчка в песне: ‘Трахаю белую девку только в попу, потому что ее папаша последним был в той киске’». Цитируя текст, он прижал один из больших пальцев к ее тугому кольцу плоти, пока оно не поддалось.
Громкий стон сорвался с ее губ, пока она резко не прервала его, прикрыв рот рукой. Внезапное напряжение на ее анусе было болезненным, но в отголосках этой боли скрывалась возбуждающая сенсация.
Волшебный первый раз